ГЛАВНАЯ КАРТА САЙТА  ОГЛАВЛЕНИЕ репетитор по английскому и французскому Наша группа в соцсетях в интернете Английский Французский

 

 

 
 


РЕЧЕВАЯ УСТУПКА В АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ (НА МАТЕРИАЛЕ ТЕКСТОВ БРИТАНСКИХ СМИ)

Луговая Н.В., 2011.

 

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Введение.

Глава I. Теоретические основы исследования речевого акта уступки.

1.1. Понятие речевого акта, основные положения теории речевых актов.

1.2. Классификация и типы речевых актов, место речевого акта уступки в общепринятой классификации
и её связь с речевыми актами согласия и возражения.

1.3. Понятие уступительности и речевая ситуация уступки.

1.4. Уступка как стратегия вежливости в английских речевых традициях.

Выводы I.

Глава II. Реализации речевого акта уступки в текстах британских СМИ.

2.1. Жанровая специфика речевого акта уступки.

2.2. Структура речевого акта уступки, типы ситуаций уступки.

2.3. Лексические средства выражения речевого акта уступки.

2.4. Грамматические средства выражения речевого акта уступки.

Выводы II.

Заключение.

Библиографический список.

 

Введение

 

На современном этапе развития лингвистики большую роль играет функциональный подход к изучению языковых фактов, то есть такой подход, при котором исходным пунктом исследования признается некоторое общее значение, а затем устанавливаются различные языковые средства выражения этого значения. В связи с этим весьма значимой является проблема коммуникативно-прагматического аспекта. Лингвисты также широко разрабатывают проблему системности функционально-семантических категорий со сложной структурой  как в плане содержания, так и в плане выражения. К таким они относят и категорию уступительности. Уступительность как функционально-семантическая категория характеризуется широкой семантической вариативностью, которая связана со сложной и разнородной системой средств выражения отношений обратной обусловленности.

Так, настоящая работа посвящена исследованию коммуникативно-прагматических особенностей речевого акта уступки в английском языке на примере британских СМИ.

Актуальность исследования обусловлена, во-первых, возросшим интересом лингвистической науки к проблеме экспликации уступительных отношений и необходимостью их изучения в рамках деятельностно-ориентированного подхода, при котором уступка рассматривается как дискурсивный феномен; во-вторых, актуальность работы определяется необходимостью многоаспектного научного описания структуры и семантики уступительных конструкций, репрезентирующих важную, но недостаточно разработанную функционально-семантическую категорию, которая отражает взаимосвязь  и  обусловленность процессов и явлений объективной действительности.

Объектом исследования являются коммуникативно-прагматические особенности речевого акта уступки в текстах британских СМИ.

Предметом исследования языковые средства выражения данного типа высказывания.

Цель исследования состоит в том чтобы, через исследование функционирования речевого акта уступки в газетном жанре британских СМИ выявить и систематизировать основные особенности выражения уступки в англоязычной речи, определить её ситуативные характеристики и другие прагматические параметры использования уступки.

Поставленная цель обусловила выполнение следующих конкретных задач исследования:

·        рассмотреть понятие речевого акта и основные положения теории речевых актов;

·        изучить существующие в лингвистике классификации речевых актов, их типы;

·        определить место речевого акта уступки в общепринятой классификации;

·        проанализировать речевую ситуацию уступки как стратегию вежливости в английских речевых традициях;

·        исследовать жанровую специфику речевого акта уступки;

·        изучить структуру речевого акта уступки и обозначить типы ситуаций уступки;

·        выделить лексические и грамматические средства выражения речевого акта уступки;

Для решения поставленных задач применяется комплексный подход, основой которого является ряд общетеоретических и более частных лингвистических концепций, принципов и методов анализа. В качестве общенаучной методологической базы принимается диалектический закон единства и борьбы противоположностей, принципы единства формы и содержания, всеобщей связи явлений, причины и следствия и др.

В работе использовались следующие методы:

·        гипотетико-дедуктивный метод; 

·        метод систематизации языкового материала по разным признакам; 

·        метод наблюдения для выделения из газетного текста выражений, представляющих собой уступку;

·        метод лингвистического описания;

·        метод контекстуального и интерпретационного анализа;

·        для сбора материала использовался метод сплошной выборки фактов языка.

Частнолингвистическую методологическую основу работы составили:

- концепции теории речевых актов, представленные в работах Дж. Серла, Дж. Остина, Н.Д. Арутюновой, И.М. Кобозевой, Е.И. Пассова,
Е.В. Клюева и др.

- принципы лингвистической прагматики, теории речевого воздействия
В.З. Демьянкова, И.П. Сусова и др.

- исследования в области уступительности, уступительных конструкций и речевых актов уступки В.Ю. Апресяна, М.В. Ляпон, Т.Г. Печенкиной, Т. Арефьевой, К. Кару, И.К.  Харитонова и др.

Основные положения данного исследования:

1. Речевой акт уступки представляет собой трехуровневую последовательность, в соответствии с которой вначале адресант утверждает что-либо, допускает  обоснованность данной информации, но продолжает настаивать на обоснованности потенциально противоположной другой информации (своей точки зрения).

2. Проблема расположения речевого акта уступки в общей системе речевых актов требует учета всех компонентов языковой системы. В дискурсивном контексте уступка как речевое действие реализующегося пересекается с речевыми актами согласия (уступка-допущение) и возражения (уступка как способ выражения смягчённого возражения); речевой акт уступки может быть выражен  директивами и комиссивами в виде обещания-уступки. Речевые акты уступки следует выделить в самостоятельный тип иллокутивных актов.

3. Понятие уступки тесно связано со стратегией вежливости в английских речевых традициях. Реакции-уступки входят в область речевых формул этикета, владение которыми представляет собой часть коммуникативной компетенции говорящего. Речевой акт уступки является полифункциональ­ным актом, поскольку в случае его успешности достигается не одна, а как минимум две цели говорящего. Основная цель уступающего - блокирование конфликта и, как правило, ренормализация общения. Дополнительная же цель уступающего как цель сохранения «лица» является скрытой целью, то есть целью, содействующей собственному делу говорящего.

4. Речевой акт уступки выражает согласие или возражение к действию или высказыванию оппонента, тем самым представляет собой информативное, оценочное или императивное высказывание, состоящее из последовательностей интенционально связанных речевых актов (как прямых, так и косвенных), между которыми устанавливается определенное взаимодействие, регулируемое отношениями субординации, координации и способствования. Основу иллокутивной связанности составляет трехчленная цепочка «оппонент (адресат 1)← адресант (автор текста)→ читатель (адресат 2). Она и создает тот контекст, в котором актуализируются речевые акты с разной иллокутивной направленностью- ассертив, директив, комиссив.

5. В структуру РА уступки входят обязательные и факультативные компоненты. К обязательным компонентам мы относим: 1) информирование адресата о каком-либо факте, выдвигание тезиса или аргумента, что соответствует стадии объяснения; 2) аргументация- рассуждение, содержащее свои доводы, аргументы, допускающие обоснованность тезиса, но в то же время выражение аргументов, логически доказывающих недостоверность, ошибочность тезиса,  что соответствует стадии доказательства и подкрепления гипотезы; 3) формирование оценки, своей точки зрения, включает выведение следствия. К факультативным компонентам можно отнести советы, рекомендации, обещания, уточнения и разъяснения, отрицательные и положительные прогнозы, побуждение к действию и др.

6. В экспликации РА уступки используются следующие языковые средства. К лексическим средствам относятся существительные и наречия с уступительной семантикой, языковые маркеры вежливости, модальные слова, глаголы речевой и интеллектуальной деятельности. К грамматическим средствам относятся видо-временные формы глаголов, формы сослагательного наклонения, инвертированный порядок слов, союзы, союзные слова, различные структурные типы предложений (простые/ сложносочиненные/ сложноподчиненные), конструкции с эксплицитно/ имплицитно выраженным лексико- грамматическим отрицанием, различные типы синтаксической связи, вопросительные предложения.

Материалом исследования послужили примеры из газетных публикации таких британских изданий как The Independent, Guardian, Daily Express за период 2011г, из которых методом сплошной выборки было отобрано свыше 500 примеров.

Теоретическая значимость работы состоит в том, что исследование расширяет представление о системе речевых актов, систематизирует знания об уступительном значении и уступительности в языке, уточняет место речевых актов уступки в классификациях речевых актов. Данная работа вносит также определённый вклад в развитие лингвистического анализа дискурса в целом и в развитие исследований конфликтного дискурса и уступки как дискурсивного феномена в частности.

Практическая значимость работы заключается в том, что материалы исследования могут быть использованы при проведении семинаров, спецкурсов по английскому языку, в частности, по таким темам как конфликтный дискурс, синтаксис простого и сложного предложений, при написании рефератов, курсовых и дипломных работ.

Структура работы. Исследование состоит из введения, двух глав, заключения и библиографии, включающей список трудов отечественных и зарубежных лингвистов, источников языкового материала, использованных для исследования.  

 

Глава 1. Теоретические основы исследования речевого акта уступки

1.1. Понятие речевого акта, основные положения теории речевых актов

 

В 60-70-х годах XX века ученые-представители Оксфордской школы (Дж. Остин, Дж. Серль, Г.П. Грайс)  обратились к изучению обыденного человеческого языка в естественных условиях его функционирования. Таким образом, в центр лингвистических исследований выдвинулся человек со своими целями, которые он преследует в коммуникации, а также условия коммуникативной ситуации, способствующие успешному достижению целей общения. Объективный мир в концепции Оксфордской школы предстает, прежде всего, как фактор, создающий коммуникативную ситуацию и определяющий цели и задачи говорящего. Так возникло новое направление в языкознании – прагматическая лингвистика, прагмалингвистика или прагматика (Темиргазина, 2002, 65), в призму исследования которой попадают и речевые акты, которые рассматриваются как действия. В данном случае внимание лингвистов сфокусировано на тех языковых средствах и техниках, использование которых призвано обеспечить запланированное воздействие на сознание адресата.

Так, речевой акт (РА) представляет собой  минимальную единицу речевой деятельности, выделяемую и изучаемую в теории речевых актов – учении, являющимся важнейшей составной частью лингвистической прагматики (Энциклопедия Кругосвет);  это минимальная  основная  единица   речевого  общения, в которой реализуется одна коммуникативная цель говорящего  и  оказывается воздействие на адресата (Арутюнова, 1994, 10); это выбор одной из многочисленных переплетающихся между собой альтернатив, образующих «семантический потенциал» языка (Halliday, 1970, 142).

Следует отметить, что исследователи в понятии речевого акта подчеркивают различные моменты, существенные для лингвистики. Дадим краткое описание тех характеристик речевого акта, которые выделяются различными лингвистическими концепциями в качестве основных:

1) РА в рамках предложения принято относить к модусу– это соответствующая составляющая предложения, его перформативная часть (Brekle, 1972, 128).

2) РА – это элементарная единица речи, последовательность языковых выражений, произнесенная одним говорящим, приемлемая и понятная по меньшей мере одному из множества остальных носителей языка (Habermas, 1974, 332).

3) РА – это начальный или заключительный акт в серии других действий (Davison, 1975).

4) Универсальные свойства РА противопоставлены тем, которые специфичны для конкретного языка: перлокуции всегда универсальны, а иллокуции бывают как универсальными, так и специфическими (они по-разному – в различном наборе – представлены в различных языках). (Zwicky, Sadock, 1975, 25).

5) РА может быть как крупнее предложения (высказывания), так и меньше его, то есть он может быть составной частью предложения; так, именное словосочетание можно представить (хотя в классической теории РА этого не делается) как РА описания, в большей или меньшей степени успешный (J. Morgan, 1975, 436).

6) РА связан с понятием «фрейма», или «рамки», в некоторых концепциях моделирования речевой деятельности: имеются «ритуальные» последовательности РА, интерпретируемые на основе знаний о мире и привлекающие для своей интерпретации метаусловия (связанные с установлением того, в контексте какого фрейма мы находимся в данный момент, то есть с выбором фрейма), а также опирающиеся на предшествующие, настоящие или будущие (ожидаемые) действия коммуникантов (Dijk, 1981, 220).

7) РА является воздействует на мысли адресата, когда он интерпретирует высказывание говорящего. В то же время общие свойства РА – это свойства кооперированного сознательного и разумного взаимодействия нескольких субъектов(Dijk, 1981, 249).

8) PA включает в грамматическое описание, прагматические понятия контекста и роли говорящего и адресата, лежащие в рамках конвенций и норм конкретного общества. Последние определяют, какой вариант выражения предпочтителен для данного PA (Lang, Steinitz, 1978, 78).

Речевые акты в настоящее время являются объектом изучения специального направления в лингвистике и философии, которое называется Теория речевых актов (ТРА). Теория речевых актов – это учение, имеющее своим предметом, прежде всего «иллокутивную силу» высказывания (Серль, 1993, 162); это учение о том, «как манипулировать вещами при помощи слов» или «как делать вещи из слов» (так звучит дословный перевод названия книги Дж. Остина «How to do things with words» – в русском переводе «Слово как действие») (Остин, 1986, 22).

Словосочетание «теория речевых актов» употребляется в широком и узком смысле. В первом случае оно обозначает любой комплекс идей, направленных на объяснение речевой деятельности и является синонимом «теории речевой деятельности». Во втором случае оно выступает как название одной конкретной теории, получившей широкое распространение за рубежом (Формановская, 2007, 255).

Ядро ТРА составляют идеи, изложенные английским логиком Дж. Остином и впоследствии развитые американским логиком Дж. Серлем. В ТРА «единый речевой акт» представляется как трехуровневое образование: локутивный РА, иллокутивный РА, перлокутивный РА. Локутивный акт представляет собой совершение действия произнесения чего-либо. Центральным понятием теории речевых актов можно считать иллокутивный РА, который понимается как РА в его отношении к манифестируемой говорящим цели и условиям его осуществления. Сущность иллокутивного акта отражается в РА как его иллокутивная сила. Дж. Серль определяет иллокутивную силу высказывания как «оценку смыслового статуса высказывания как утверждения, обещания, предупреждения, угрозы, требования и т.д.». Перлокутивный акт это то воздействие, которое данное высказывание оказывает на адресата (Серль, 1986, 170).

Дж. Серль, указал на весьма важное обстоятельство формирования иллокутивной силы: она вербализуется в прямых и косвенных речевых актах, когда «говорящий стремится оказать определенное иллокутивное воздействие на слушающего; он стремится сделать это, побуждая слушающего опознать его намерение оказать такое воздействие; наконец, он стремится побудить слушающего опознать его намерение с опорой на имеющиеся у слушающего знания о правилах, лежащих в основе производства высказываний» (Серль, 1986, 191).

Таким образом, выбирая определенное языковое средство, адресант исходит из соотношения между а) собственными коммуникативными целями, б) соответствующими правилами коммуникации и в) уместностью того или иного языкового средства в контексте данных целей и правил.

Теория речевых актов, подчеркивающая деятельностный аспект языка, возникла как интенционализм, поскольку она построена на исходной интенции (намерении, субъективном значении) говорящего. Дискурс порождается «реакцией адресанта на возникновение проблемной <…> ситуации. Направленность говорящего на решение ситуации посредством передачи реципиенту какого-то содержания является одним из компонентов всеобъемлющей категории интенциональности, и именно интенциональность служит тем стержнем, вокруг которого сплачиваются отдельные смысловые компоненты, формируя более сложные единства» (Алимурадов, 2006, 4).

Под интенциональными состояниями понимаются такие ментальные состояния, как полагания, желания, вера и др., направленные на те или иные объекты и положения дел в мире. При осуществлении РА адресант стремится вербализовать эти базовые интенциональные состояния, информация о которых имплицитно присутствует в используемых языковых единицах и синтаксических конструкциях.

Согласно теории интенциональных состояний Дж. Серля, условие искренности - один из трех факторов иллокутивной силы, свидетельствующий о различиях в выраженных психологических состояниях коммуникантов (Серль, 1986, 172). Исследуя сложные речевые акты, Дж. Серль и Д. Вандервекен указали на такую важную характеристику иллокутивой силы, как интенсивность, с которой выражены иллокутивная цель и условие искренности (Серль, Вандервекен, 1986, 251-252). Данный компонент оказывается особенно важным при анализе коммуникативно-прагматических характеристик какого-либо типа дискурса. Учет этого сложного комплекса иллокутивной силы релевантен для нашего исследования, т.к. именно он дает толчок к появлению совокупной силы уступки в РА уступки, рассмотрению которого будут посвящены следующие параграфы.

Итак, в ТРА подчеркивается важность учета таких прагматических составляющих процесса коммуникации как интенциональный фактор (намерение), доминирующий у адресанта, фактор восприятия у адресата, фактор оценки и ответного действия.

 

1.2. Классификация и типы речевых актов, место речевого акта уступки в общепринятой классификации и её связь с речевыми актами согласия и возражения

 

Классификация речевых актов опирается на заложенные в них коммуникативные намерения (интенции) говорящего. Наиболее известная классификация речевых актов принадлежит Дж. Серлу, она опирается на так называемые иллокутивные функции и силы. Он различает:

1) репрезентативы – высказывания, направленные на то, чтобы зафиксировать ответственность говорящего за сообщение о положении дел, за истинность выражаемого суждения.

2)  директивы,  чья иллокутивная направленность состоит в стремлении говорящего добиться того, чтобы слушающий нечто совершил.

3) комиссивы – иллокутивные акты, направленные на то, чтобы возложить уже не на слушающего, а на говорящего обязанность совершить некоторое будущее действие или следовать определенной линии поведения. К данному классу относятся различного рода обещания, клятвы.

4) экспрессивы. Их иллокутивная цель – выразить психологическое состояния, задаваемое условием искренности относительно положения вещей.

5) декларации – это речевые акты, результатом которых является осуществление представленных в их пропозициональном содержании положения дел (Серль,1986, 151).

                 Д. Вундерлих разграничивает  речевые   акты  по их функциям, выделяя директивы, комиссивы, эротетивы (вопросы), репрезентативы, сатисфактивы (в известной мере соответствуют экспрессивам), ретрактивы (заявления о невозможности выполнить обещания), декларации и вокативы (обращения) (Вундерлих, 1976, 123).

             М. Крекель классифицирует  речевые   акты  по трем признакам: 1) ориентация на говорящего либо на слушающего, 2) ориентация на когнитивную, интерактивную или акциональную сферу, 3) ориентация на настоящее, прошлое или будущее. (Kreckel, 1981, 188). Так, уступка относится к  речевым актам, ориентированным на говорящего, на акциональную сферу, на будущее.

            В работе А.А. Романова дана детальная классификация  речевых   актов , включающая 14 типов  речевых  действий: комиссивы (обещания, пари), экспозитивы (разъяснения, угрозы), пермиссивы (согласия), сатисфактивы (упреки,  акты  похвалы), регламентативы (формулы социального этикета), инъюнктивы (приказы, требования), реквестивы (просьбы, мольбы), инструктивы (предписания, запреты), суггестивы (советы, предупреждения), инвитивы (приглашения), дескриптивы (описания), аргументативы (доводы), констативы (утверждения), нарративы (повествования) (Романов, 1988, 55).

Интересно отметить, что несмотря на многочисленные  классификации речевых актов, не в одной из них не был выделен РА уступки, как самостоятельный тип иллокутивного акта.

            В ТРА также проводится различие между прямыми и косвенными речевыми актами. В прямых речевых актах иллокутивная цель говорящего непосредственно манифестируется с помощью специально предназначенных для этого языковых маркеров – иллокутивных показателей. Так, цель побуждения адресата к действию в речевых актах  прямо выражается либо соответствующими перформативными лексическо-синтаксическими конструкциями, либо императивной формой смыслового глагола и т.п. Та же самая цель побуждения может быть выражена и косвенно, т.е. с помощью показателей, исходно предназначенных для маркировки других иллокутивных целей: выражения желания, чтобы что-то было сделано, или вопроса о будущих действиях адресата, о его способностях осуществить действие. В широком смысле косвенным можно назвать всякий коммуникативный акт, как речевой, так и невербальный, действительная цель которого не выражена явно. При такой трактовке вставание одного из собеседников из-за стола можно рассматривать как косвенный коммуникативный акт информирования адресата о том, что разговор окончен. В этом смысле к косвенным речевым актам можно отнести намеки, аллюзии, инсинуации и тому подобные способы непрямого информирования (Кобозева, 2001).

           Представляется очевидным, что речевые акты разнообразны и их существует большое количество. Н.Н. Кохтев составил их классификацию, в основу которой положено речевое намерение. В соответствии с речевыми целями (намерениями) говорящего были выделены типы речевых актов и типы речи. (См. таблицу 1).

Таблица 1. Типы речевых действий и типы дискурса.

ЦЕЛЬ ГОВОРЯЩЕГО

ТИП РЕЧЕВОГО ДЕЙСТВИЯ

ТИП РЕЧИ

1.Сообщить, информировать

Сообщение, информация

Информирующий

2. Высказать и доказать и свое мнение

Убеждение

Аргументирующий

3. Побудить к действию

Побудить к действию

Агитирующий

4.Обсудить проблему, найти истину вместе с собеседником

Поиски смысла

Эвристический (гр. euriko — нахожу)

5.Выразить свое видение добра и зла, прекрасного и постыдного

Оценка (похвала и порицание)

Эпидейктический (гр. — (deiknumi — пока-зываю, приветствую)

6.Доставить удоволь-ствие себе и собеседнику самим процессом речевого общения

Игровые речевые акты

Гедонистический (гр. hedomai — радуюсь), или диатребический (гр. diatribe — провожу время)

7. Выразить и возбудить эмоции, предложить свою «эмоциональную» картину мира

Эмотив

Поэтический, художественный

 

Уточним, что иллокуция – это то или иное коммуникативное намерение. На основе этого понятия строятся различные классификации речевых актов. Классификации речевых актов этого типа во многом определяются интуицией исследователя, поэтому количество и характер речевых актов варьируются. Опираясь на данную таблицу, мы можем сделать выводы относительно РА уступки. Для РА уступки, как типа речевого действия характерны сообщение, убеждение, оценка и побуждение к действию. При этом используются такие типы речи как информирующий, аргументирующий, эпидейктический, агитирующий.

         Что касается места уступки в общепринятых классификациях речевых актов следует отметить следующее. Существуют классификации, в которых называются как указанные, так и отличные от них типы иллокутивных актов, многие из которых до недавнего времени не выделялись в отдельные коммуникативные типы. При этом многие нетрадиционно выделяемые типы речевых актов (такие как просьбы, советы, предупреждения, угрозы, уступки и др.) включаются в более общие категории.

          Так, речевой акт уступки представляет собой трехуровневую последовательность, в соответствии с которой вначале  адресант утверждает что-либо (рассматривает точку зрения), затем допускает или опровергает обоснованность данной информации, и продолжает настаивать на обоснованности своей точки зрения. Интересно, что, в сущности, уступка в разговорном дискурсе диалогична, тогда как в монологических вариантах сам говорящий продуцирует уступительное высказывание. Важно также, что эта основная модель может иметь некоторые вариации, касающиеся порядка следования компонентов, количества коммуникантов и средств маркирования.

           При обращении к  уступке говорящий может преследовать различные цели, например: показать контраст между двумя пропозициями, произвести самокоррекцию или коррекцию коммуникативного оппонента, убедить или настоять на своей позиции. В целом, указанные цели можно свести к двум основным, которые реализуются посредством данного типа уступки. С одной стороны, говорящий хочет способствовать дальнейше­му развитию дискуссии, направляя её в нужное для себя русло, а, с другой стороны, преследует цель смягчения собственного протеста, действуя щадяще для имиджа партнёра. Именно поэтому данная уступка именуется не­редко как порционное, частичное согласие, в котором, например, согласие по содержанию может сопровождаться оспариванием тематической релевантности высказывания партнёра.

           Следует учитывать, что проблема расположения речевого акта уступки в общей системе речевых актов требует учета всех компонентов языковой системы. Важно заметить, что речевой акт уступки представляет собой сложное и многоаспектное явление, исследовать которое необходимо с учётом семантического, грамматического и прагматического аспектов. С другой стороны, исследуемый речевой акт уступки выражает согласие или возражение к действию или высказыванию оппонента, тем самым представляет собой информативное, оценочное или императивное высказывание и имеет в речи определённое воплощение с помощью средств выражения, использование которых в конкретной ситуации зависит от ряда причин: от намерений говорящего, от характера стимульной реплики и от особенностей речевой ситуации. Каждый тип речевого акта уступки имеет особую коммуникативную цель (Ляпон, 1986, 89), например, уступка может дать возможность для условного обобщения даже в случае привлечения противоречивых примеров, либо позволить продемонстрировать реальную или воображаемую терпимость и сочувствие.

             При рассмотрении уступки как речевого действия, реализующегося в дискурсивном контексте, важным является пересечение ее с речевыми актами согласия (уступка-допущение) и возражения (уступка как способ выражения смягчённого возражения).

               Итак, РА уступки представляет собой информативный положительно/отрицательно оценочный аргументативный акт с различными эмоцинально-экспрессивными оттенками, имеющий в речи определенное языковое воплощение.

 

1.3. Понятие уступительности и речевая ситуация уступки

 

Как отмечает В. Ю. Апресян, уступительное значение не относится к чис­лу базовых языковых значений, подобно значениям причины, условия, времени, семантически оно значительно богаче. Уступительное значение сложно для изучения ещё и потому, что «уступ­ка» в отличие от причины, времени, степени, условия и т.п., не вхо­дит в качестве семантического компонента в значения объединяемых ею слов. Это всего лишь метаслово, удобное для того чтобы выделить некоторую группу слов для рассмотрения, но не пригодное для их толко­вания (Апресян, 1999, 24). С этим утверждением трудно не согла­ситься, поэтому толкование значений уступительных слов и конструкций представляется достаточно сложным. К похожему заключению приходит и Е.В. Урысон, которая считает, что грамматический термин уступительное значение «коренным образом отличается от, казалось бы, аналогичных терминов типа целевое значение (предложение), причинное значение (предложение), временное значение (предложение)» (Урысон, 2002, 36). Действительно, слово условный указывает на значение условия, слово причинный — на значение причины и т.д. Таким образом, охаракте­ризовав какое-либо слово или предложение,   например, как причинное, исследователь утверждает, что в его семантику входит значение причины. Очевидно, что термин уступительный тоже указывает на некое значение однако это слово не называет это значение впрямую, а является лишь его общепринятой меткой,  неким условным ярлыком.  Когда  говорят,  что какое-то слово или предложение выражает значение уступительности, то само это значение остается   неэксплицированным.

О терминологических проблемах, связанных с обозначением концепта уступительности в англистике, пишут также Э. Кёниг и П. Симунд. По их мнению, то обстоятельство, что вместо термина concessive нередко употребляются термины incasual, anticause, inoperant cause свидетельствует об интуитивном представлении исследователей о том, что в основе уступительных отношений лежит концепт каузальности (Кару 2006, 12-13). «There is a clear intuition that concessive clauses and complex sentences with such clauses are rarely, if ever, used for the speech act or speech activity of conceding and that they should rather be analysed as standing in opposition to causal constructions. As a consequence, it has often been suggested that the term "concessive" is really a misnomer and that labels like the following would be much appropriate "incasual", "inoperant cause", "anticause", "cause contraire",  "condition contre-carré" etc.» (König, Siemund, 2000, 343).

Что касается характера  уступительного  значения, то, как указывалось выше, это  понятие не входит в качестве семантического компонента в значение объединяемых им слов, а уступительные   отношения  невозможно свести к одному инварианту. Уступительное  значение поэтому не относится к числу базовых, основополагающих, т.е. отражающих  отношения  языка и действительности языковых значений, как причина, время, степень, условие. Тем общим, что характеризует все  уступительные  слова, является наличие модальной рамки в их значениях, обязательное присутствие фигуры говорящего. Все уступительные  слова описывают не одну только действительность, но так или иначе передают  отношение, мнение о ней говорящего, который и определяет характер конкретных отношений между двумя несовместимыми, но тем не менее сосуществующими ситуациями (Арефьева, 2003).

Уступительность относится к фундаментальным понятийным категориям, по которым осуществляется мышление, обладающее универсальными, общечеловеческими свойствами. Уcтупитeльнocть нельзя свести ни к одному из известных отношений, так как эта категория обладает собственным значением, тесно связанным с процессами мышления. Уступительность следует рассматривать шире, чем это принято в современной научной литературе. Эта категория передает не одно определенное отношение, существующее в окружающей действительности, а выявляет и поднимает на поверхность человеческого сознания понятие диалогичности, как одного из основных свойств сознания. Многомерное восприятие действительности присуще высокоразвитому мышлению, поэтому уступительность проявляется в языке на относительно поздней стадии его развития. Так как задачей уступительности как понятийной категории является не описание определенного события, а придание восприятию этого события глубины, уступительность легко накладывается на любые другие отношения.

Уступительность относится к сложным явлениям, сущность которых не имеет до сих пор однозначной формулировки, что объясняется в том числе и асимметрией глубинной и поверхностной структур уступительных конструкций. При развертывании уступительной ситуации происходит выбор готовых психических структур из памяти. Процесс коммуникации осуществляется благодаря существованию общей базы знаний у коммуникантов. Автор высказывания предполагает ту часть сведений, которая является наиболее общей, легко "вычисляемой" партнером по коммуникации. Адекватное описание сложных языковых явлений, к которым относится уступительность, невозможно без привлечения данных других наук, исследующих мышление человека, его психическую деятельность. Уступительность находит свое наиболее отчетливое выражение в грамматическом строе английского языка в сложноподчиненных предложениях, а так же в речи, речевой ситуации.

          Речевая ситуация – это конкретные обстоятельства, в которых происходит речевое взаимодействие. Любой речевой акт приобретает смысл и может быть понят только в структуре неречевого контакта. Речевая ситуация является исходным моментом любого речевого действия в том смысле, что побуждает человека к речевому действию то или иное стечение обстоятельств (Пассов, 1991, 12).

           Для речевой ситуации уступки чрезвычайно важным является цель общения (зачем говорится о чем-то в данной ситуации). В целом можно сказать, что целью общения называется тот результат, который адресант и адресат хотят получить вследствие своего общения.

              Речевая ситуация уступки порождает мотив речевого действия. Этот мотив напрямую связан с предметом речи: с тем, о чем говорят, и по поводу чего происходит обмен информацией. Как правило, речевые уступительные структуры — высказывания, тексты — соотнесены с какими-то предметами, явлениями, событиями окружающего человека мира или внутреннего мира человека. Речь оказывается своеобразной знаковой моделью тех или иных «кусочков» или «узлов» жизни. Очевидно, что тот, кто слушает или читает сказанное или написанное, заинтересован в том, чтобы отчетливо и без затруднения распознавать, какие именно «кусочки» действительности, какие события и факты смоделированы воспринимаемой речью.

         Важнейшим структурным компонентом речевой ситуации уступки является обратная связь. Реакция слушателя на высказывание говорящего, по сути, составляет цементирующий момент общения, ее отсутствие приводит к разрушению коммуникации, так как не получая ответ на заданный вопрос, человек чувствует себя задетым и обычно либо добивается ответа, либо прекращает разговор. Более того, реакция со стороны слушателя в виде явно выраженного интереса к говорящему составляет тот положительный фон, на котором происходит устное общение. При отсутствии такого интереса общение становится тягостным и прерывается.

            Речевая ситуация уступки диктует правила речевого общения и определяет формы его выражения. Формы различны в условиях прямого или непосредственного общения с активной обратной связью (например, диалог) и с отсроченной обратной связью (например, в условиях дискурса СМИ). Они меняются в зависимости от количества участников и характера ситуации (в бытовом общении: разговор с близкими людьми либо частные письма и т.п., в деловом общении: доклад, лекция, дискуссия, переговоры и т.п.).

            Речевая ситуация уступки помогает понять смысл текста, конкретизирует значение ряда грамматических категорий: категории времени, местоименных слов (I, you, here т.д.). Она позволяет правильно толковать текст, уточнять его целевую функцию (угроза, просьба, совет, рекомендация, согласие, возражение  и т. п.), выявлять причинные связи данного высказывания с другими событиями и т.п. (Чернышова, 2007, 6-7).

            Так, высказывания уступки зависят от ситуации и предмета общения и приобретают определенный образ. Иллокутивы уступительного характера являются одной из разновидностей в системе речевых актов всякого национального языка. Их использование в процессе интеракции отражает иерархический характер взаимоотношений говорящих и указывает на наличие (реальных либо потенциальных) различий в осуществлении некоторого события (Бут, 2004, 6).

           Естественным контекстуальным полем уступки является конфликтный дискурс, в котором уступка реализует фазу окончания конфликта, способствуя его преодолению (Хилалова, 2004, 13). Межличностные контакты часто протекают в условиях конфликта, который является неотъемлемой частью человеческого общения. Конфликтная коммуникация участвует в развитии и трансформации отношений и нередко отличается тем, что защитная реакция ее участников проявляется в виде выражения агрессии различной степени, которую можно заметить в акте говорения как по вербальным, так и невербальным признакам. Однако агрессия не является обязательным условием конфликта. При изучении уступки в контексте конфликтного дискурса следует обращаться предварительно к изучению возможных причин возникновения конфликта, а затем рассматривать фазу окончания конфликта и место уступки в механизме развития конфликтной интеракции.

           Уступка, употребляемая в фазе развития конфликта, обозначается как промежуточная уступка. Это уступка, в которой гово­рящий признаёт утверждение партнёра, но в то же время выражает противо­положную пропозицию, то есть возражает. Уступка, обозначенная как блокирующая уступка, имеет ряд особенностей, определяю­щих специфику её языковой реализации. Естественным контекстуальным полем блокирующей уступки является конфликтный дискурс, а основной це­лью уступающего, является цель блокирования конфликта и, как правило, ренормализации общения. Об ус­пешной реализации блокирующей уступки можно говорить только в том случае, если партнёр принимает её как таковую, вербально выражая своё со­гласие, либо при отсутствии сигнала, принимает уступку посредством пре­кращения конфликтных действий.

          При рассмотрении уступки как речевого действия, реализующегося в дискурсивном контексте, важным является, пересечение её с речевыми актами согласия и возражения. В то время как данная особенность уступки широко исследуется при изучении промежуточной уступки или блокирующей уступки, действующих в фазе окончания конфликта, блокирующая уступка отождествляется с согласием, по поводу чего обнаруживаются неясности и неточности.

           Поскольку среди лингвистов  нет какого-либо единого мнения о том, что представляет собой промежуточная или блокирующая уступки в фазе окончания конфликта и каким образом блокирующая уступка получает своё выражение в конфликтном дискурсе, мы имеем недостаточно полное понимание данного феномена как в рамках лингвистических, так и в рамках социопсихологических исследований конфликта. В толковых словарях и в работах, посвященных социальному и психологическому изучению конфликта, действие уступающего определяется лишь как «сдача своих позиций», «готовность поступиться собственными желаниями», «признание собственного поражения» и пр. В разработанной социологами «модели двойной заинтересованности», представляющей основные способы окончания конфликта, уступка находится на самом низком уровне заинтересованности субъекта в собственном успехе и выражает «наименьшую меру», с которой он старается удовлетворить собственные интересы. При этом уступка описывается как выражение покорности со стороны говорящего и признание им собственного поражения, с чем нельзя согласиться. Уступка в фазе окончания конфликта не является лишь актом, детерминирующим потерю «лица» говорящего. В речевом акте уступке реализуются как минимум две цели уступающего: основная, явная цель для слушающего, и дополнительная, скрытая цель, релевантная для говорящего.

 

1.4. Уступка как стратегия вежливости в английских речевых традициях

 

Одной  из  стратегий  речевой  коммуникации, важных в исследовании речевого акта уступки,   является  вежливость, направленная на достижение различных целей и реализующаяся как в виде стереотипных речевых формул, так и в виде индивидуальных речевых формулировок. Выбор таких стратегий и речевых формулировок в конкретной коммуникативной ситуации обусловливается контекстом, межличностными отношениями между участниками общения и культурно-языковым кодом общения .

Основные постулаты Принципа Вежливости были сформулированы Дж. Личем (Leech, 1985, 132-142):

·        Максима  Такта-  соблюдай  интересы другого.

·        Максима Щедрости- делайте максимальной полезность для другого и минимальной для себя.

·        Максима  Одобрения - делай  критику другого минимальной, а похвалу – максимальной.

·        Максима  Скромности -минимизируй похвалу самого себя.

·        Максима Согласия- стремись к согласию.

·        Максима  Симпатии- максимально выражай симпатию по отношению к другому.

Феномен вежливости является культурно обусловленным. Исходя из этого, можно сделать вывод, что речевой акт уступки тесно связан с английскими речевыми традициями. С прагматической точки зрения важное значение для эффективности коммуникации приобретает интенция адресанта и её верная интерпретация адресатом. Следует также обратить внимание на то, что реакции-уступки входит в область речевых формул этикета, владение которыми представляет собой часть коммуникативной компетенции говорящего (Боргер, 2004, 6).

         Английский речевой этикет – это совокупность специальных слов и выражений, придающих вежливую форму английской речи, а также правила, согласно которым эти слова и выражения употребляются на практике в различных ситуациях общения. Искусное владение речевым этикетом есть признак благовоспитанного человека. В связи с этим английский речевой этикет имеет давние и очень авторитетные традиции – всякое отклонение от речевого этикета воспринимается как проявление невоспитанности и как преднамеренная грубость. (Майол, 2001, 35) Таким образом, можно говорить о том, что английский речевой этикет (впрочем, как речевой этикет всякого другого языка) – это одна из составляющих сил искусства нравится, располагать к себе людей.

        В целом вежливость является той стратегией, которой индивид может придерживаться, а может и не придерживаться. Принцип вежливости скорее является стратегией, которой участники общения будут, вероятно, придерживаться – он отражает направленность человека на поддержание коммуникации, поскольку соблюдение интересов собеседника позволяет поддерживать ее.

Общие положения теории вежливости представлены в работе П. Браун и С. Левинсона. Остановимся подробнее на этой теории как наиболее полной и непротиворечивой. Основным понятием этой теории является понятие «лицо» (public self-image face), под которым подразумевается позитивная социальная ценность, которой обладает каждый член общества. Любое действие совершается с целью сохранить «лицо» или избежать «потери лица».

Используя концепты «сохранение/ потеря лица», П. Браун и С. Левинсон разрабатывают общую теорию, в которой обосновывают предсказуемость в реализации категории вежливости, исходя из оценки «весомости » речевого акта. Эта весомость определяется следующими факторами: различием в социальной дистанции и дистанции власти между говорящим и слушающим и трудоемкостью выполнения действия, связанного с угрозой «потери лица». Основная мысль данной теории заключается в положении, согласно которому, чем больше говорящий создает угрозу потери лица для слушающего (Face Threatening Acts), тем вежливее он будет говорить.

Вслед за этими лингвистами мы  полагаем, что в большинстве конфликтных ситуаций уступающий действует рационально, то есть стремится действовать таким образом, чтобы редуцировать в собственных интере­сах угрожающий потенциал уступки и произвести сбалансированный речевой акт. При этом он осведомлён о том, что уступка является ак­том, угрожающим «лицу» говорящего: при нарушении представления о са­мом себе - угрожающим его «позитивному лицу» (при извине­нии, обещании и пр.) или при нарушении территориального пространства, права на свободу действия - его «негативному лицу» (при принятии извине­ния, предложения, при разрешении и пр.) (Brown, Levinson 1987, 67).

В связи с этим можно утверждать, что при реализации уступки говорящий следует двум основным желаниям, выделенным уже ранее П. Брауном и С. Левинсоном (Brown, Levinson ,1987, 68):

1) желанию быть эффективным, реализующемуся в принятии пропозиции партнера;

2) желанию поддержать, защитить своё «лицо», реализующемуся в ограничении иллокутивной силы данного речевого акта.

В данном случае могут иметь место две ситуации. В первом случае первое желание пересиливает второе и говорящий уступает прямо, а ограничение выражает имплицитно. Например:

[1] (1) Admiral Stanhope suggested that this might involve moving forces from "home waters".(2) His talk of potentially needing to pull resources from "home waters" has the implication that Britain could be left under-defended unless more money is delivered. (The Independent, 2011).

Выражение уступки в (1) посредством принятия выраженной партнёром пропозиции ;од­новременно ограничение уступки в (2) через имплицирование говорящим оппозиции посредством производства постепенной переформулировки предположения (might involve, could be left), где имеет место повтор как экспрессивная цита­ция компонента высказывания.

Во втором случае желание сохранить «лицо» пересиливает желание быть эффектив­ным, и говорящий уступает косвенно, обращаясь, как правило, к средствам выражения воли, осуществления контроля. Например:  

[2] You can see why the organisers chose the revamped St Pancras International station as the venue for a six-week summer music festival.(1) In an age of ever-dropping CD sales and, most recently, a fall-off in live ticket sales too, one of Britain's busiest railway stations must have seemed like a way of reaching far more people than the biggest summer music festival.(2) But will anyone have the time to listen? (Guardian, 2011).

Выражение уступки в (1) через неожиданную смену фокуса и, как следствие, отказа от прежнего фокуса; одновременно ограниче­ние уступки в (2) через проявление говорящим в его речевом акте силы, доминантности, выражающейся в употреблении вопроси­тельных конструкций как инициирующих действий, позволяющих уступающему осу­ществлять тематический контроль в раз­говоре и руководить дальнейшими действиями.

Либо он усту­пает прямо, сопровождая уступку эксплицитно выраженным ограничением. Например:

[3] (1)Some 80 per cent of children in the world are vaccinated.(2) But tens of millions on our planet have still not been reached by the immunisation revolution. (The Independent, 2011). Выражение уступки в (1) посредством принятия вы­раженной партнёром пропозиции; огра­ничение уступки в (2) посредством произведения прямой или косвенной критики партнёра через высказывание с противительным союзом «but».  

В обеих ситуациях говорящий стремится заме­нить акт, угрожающий его «лицу», на акт, в разной степени угрожающий позитивному «лицу» партнёра (при критике, выражении негативных эмоций) или его негативному «лицу» (при выражении призыва к действию, приказе, выдвижении компромиссного предложения).

Таким образом, речевой акт уступки является полифункциональ­ным актом, поскольку в случае его успешности достигается не одна, а как минимум две цели говорящего. Основная цель уступающего как цель блокирования конфликта и, как правило, ренормализации общения является явной целью (первичной иллокутивной силой речевого акта). Дополнительная же цель уступающего как цель сохранения «лица» является скрытой целью.

Отечественный ученый В.И. Карасик связывает нормы вежливости с соотношением выражаемой и подразумеваемой информации (Карасик, 1991, 48):

·        то, что обязательно должно быть выражено (этикетные формулы общения и обмен информацией);

·        то, что не обязательно должно быть сказано (дополнительные этикетные формулы, произносимые для смягчения категоричности и демонстрации уважения);

·        то, о чем обязательно следует умолчать (табуированные темы и формы выражения);

·        то, о чем не обязательно следует умолчать (не относящаяся к теме диалога информация).

Иначе говоря, существуют относительно жесткие и относительно свободные формулы вежливости. Степень жесткости или свободы зависит от ситуации общения: чем официальнее ситуация общения, чем более подчеркивается статус участников, тем более жесткими будут формулы общения, включая формулы вежливости.

Нормы вежливости привязаны также к каналам современного делового общения (например, СМИ), где они имеют свои особенности и правила.

Таким образом, принимая во внимание различные подходы к определению категории «вежливость», попробуем сформулировать собственное понимание данного явления.

Вежливость рассматривается как речеповеденческая категория, реализующаяся в речи определённым набором лексико-грамматических  средств, основной целью которой является достижение положительного коммуникативного эффекта.

Как следует из определения, каждый из языковых уровней характеризуется наличием маркеров вежливости.

Одними из наиболее распространенных лексических средств выражения категории вежливости являются маркеры благодарности. Благодарность представляет собой выражение признательности за совершенное или запланированное действие. Например:

 [4] The Gift Aid benefit limits will be increased from £500 to £2,500 so that charities and museums can say thank you properly (Guardian, 2011).

Модальные слова «possibly», «perhaps», «maybe» могут  указывать на неуверенность или на то, что сообщаемая информация представляется как мнение, а не как доказанный факт, или могут использоваться для выражения уважения к взглядам собеседника.Например:

[5] Perhaps the most worrying feature of the non-farm payrolls figures was that the weakness of jobs growth came as little surprise(Guardian, 2011).

На уровне грамматики используются полные, законченные предложения, правильной грамматической формы. Семы вежливости реализуются за счет грамматической формы сослагательного наклонения, вопросительных и отрицательных конструкций, а также модальных глаголов. Например:

[6] Physicists have created and trapped atoms of antihydrogen for more than a thousand seconds, it was announced late on Sunday. It might not sound like long, but it is enough time for experiments that could help answer some of the most fundamental questions in physics(Guardian, 2011).

Все эти факторы необходимо учитывать в сфере культурного общения для достижения положительного коммуникативного эффекта, определённого воздействия на партнёра по диалогу, а также для поддержания с ним добрых отношений.

Установление отношений сотрудничества во многом зависит от понимания национально-культурной специфики категории вежливости и  РА уступки как стратегии ее реализации в дискурсе.

Выводы

 

1. Речевой акт уступки представляет собой трехуровневую последовательность, в соответствии с которой вначале адресант утверждает что-либо, допускает  обоснованность данной информации, но продолжает настаивать на обоснованности потенциально противоположной другой информации (своей точки зрения).

2. Проблема расположения речевого акта уступки в общей системе речевых актов требует учета всех компонентов языковой системы. В дискурсивном контексте уступка как речевое действие реализующегося пересекается с речевыми актами согласия (уступка-допущение) и возражения (уступка как способ выражения смягчённого возражения); речевой акт уступки присутствует и в разряде директивов и комиссивов в виде обещания-уступки. Речевые акты уступки следует выделить в самостоятельный тип иллокутивных актов.

3. Уступительное значение не относится к чис­лу базовых языковых значений, уступка не вхо­дит в качестве семантического компонента в значения объединяемых ею слов. Все уступительные  слова описывают не одну только действительность, но так или иначе передают  отношение, мнение о ней говорящего. Уступительное значение находит свое наиболее полное выражение только в тексте, который является основной формой реализации уступительной ситуации и может обладать различной протяженностью от одного до нескольких предложений.

4. Речевая ситуация уступки порождает мотив речевого действия, который напрямую связан с предметом речи. Речевые уступительные структуры — высказывания, тексты соотнесены с какими-то предметами, явлениями, событиями окружающего человека мира или внутреннего мира человека. Речевая ситуация уступки диктует правила речевого общения и определяет формы его выражения.

5. Речевая ситуация уступки помогает понять смысл текста, конкретизирует значение ряда грамматических категорий: категории времени, лексических средств, позволяет правильно толковать текст, уточнять его целевую функцию, выявлять причинные связи данного высказывания с другими событиями.

6. Естественным контекстуальным полем уступки является конфликтный дискурс, в котором уступка реализует фазу окончания конфликта, способствуя его преодолению. В речевом акте уступке реализуются как минимум две цели уступающего: основная, явная цель для слушающего, и дополнительная, скрытая цель, релевантная для говорящего.

7. Понятие уступки тесно связано со стратегией вежливости в английских речевых традициях. Реакции-уступки входят в область речевых формул этикета, владение которыми представляет собой часть коммуникативной компетенции говорящего. Речевая ситуация уступки представляется как стратегия в английской речевой традиции.

8. Речевой акт уступки является полифункциональ­ным актом, поскольку в случае его успешности достигается не одна, а как минимум две цели говорящего. Основная цель уступающего - блокирование конфликта и, как правило, ренормализация общения. Дополнительная же цель уступающего как цель сохранения «лица» является скрытой целью, то есть целью, содействующей собственному делу говорящего.

 

Глава II. Реализации речевого акта уступки в текстах британских СМИ

2.1. Жанровая специфика речевого акта уступки

 

Прагматическая  установка определенного типа дискурса обуславливает доминирующее использование тех или иных речевых актов. В нашей работе в основу выделения особенностей дискурса СМИ положен РА уступки.

Выбор РА уступки для исследования объясняется тем, что в таком типе текста как «аналитическая статья» данный тип РА функционирует как один из самых распространенных речевых актов. Это объясняется следующим.

Особенности выражения уступки в дискурсе СМИ обусловлены во многом самой спецификой публицестических текстов. Основная цель аналитической статьи, заключается в информировании (сообщении) и воздействии (формировании общественного мнения и мировоззрения читателя). Дискурс СМИ объединяет в себе элементы экспрессивности и стандарта, что обусловлено сочетанием информационно-содержательной функцией с функцией убеждения и эмоционального воздействия. Любая информация, как правило, представляется таким образом, чтобы вызвать интерес, любопытство читающей аудитории, при этом учитываются определенные ментальные установки, особенности коммуникативного сознания и культурных традиций, восприятия информации данной лингвокультурной общностью.

Тексты английской прессы характеризуются максимальной объективностью и достоверностью информации, убедительной аргументацией, что невозможно без анализа явлений и их взаимосвязей, сопоставления фактов. Все это осуществляется в рамках стратегии вежливости при помощи коммуникативно-целесообразных особенностей доказательств и убеждений, характерных для РА уступки, который предстает как средство реализации в речи «модели» речевого жанра – жанра уступки.

РА уступки представляет собой многоаспектное явление, получающее воплощение на синтаксическом, семантическом и прагматическом уровнях высказывания. На синтаксическом уровне свобода выбора ограничивается жесткими правилами сочетаемости языковых единиц. Семантический уровень допускает определенную вариативность, т.к. в высказываниях всегда присутствует элемент субъективности. На прагматическом уровне выбор языковых знаков обусловливается такими прагматическими факторами как- кто, кому, зачем, о чем и как говорит, учитывая, что было и будет потом в общении (Шмелева, 1997, 88-98). Ответы на эти вопросы составляют анкету речевого жанра, предложенную Т.В. Шмелевой, которая характеризует жанры по следующим семи критериям: коммуникативная цель, образ адресанта, образ адресата, образ коммуникативного прошлого и будущего, тип событийного содержания и языковое воплощение.

Многие исследователи речевых жанров и коммуникативных действий опираются именно на эту «анкету» (Боргер, 2004, Андреева, 2008), так как она в принципе представляет собой модель акта коммуникации, встроенного в определенный дискурс.

Рассмотрим исследуемый нами РА уступки в аспекте данной анкеты, которая будет иметь свою специфику, так как прилагается к модели монологического общения, где отсутствуют инициальная и реактивная реплики диалога. При этом мы рассматриваем диалогичность монологического текста СМИ в его адресованности и ответности.

Перед нами стоит задача выделить параметры РА уступки, позволяющие рассматривать его как средство реализации модели речевого жанра уступки.

1. Коммуникативная цель. В соответствии с этим параметром, речевой акт уступки предстает как информативно-оценочный тип высказывания, целью которого является анализ информации, оценка (действий, высказываний) данной информации. Например:

[7](1) It may seem extraordinary that the daughter of a former leader who was jailed for directing death squads and looting his country's treasury could become president, a decade after her father fled the country in disgrace. (2)But in Peruvian politics almost anything is possible. (Guardian, 2011)

Первое предложение содержит информацию о намерении дочери бывшего лидера Перу претендовать на пост президента страны, правомерность которой ставиться под сомнение с помощью модальных глаголов (may, could) и слов содержащих отрицательную коннотацию (extraordinary, death squads, disgrace). Во втором предложении автор все же идет на уступку и допускает, что в политической деятельности Перу все возможно.

2. Образ адресанта. Под этим параметром Т.В. Шмелева понимает некоторую информацию об авторе как об участнике коммуникации, которая заложена в типовой проект речевого жанра, обеспечивая его успешное осуществление (Шмелева). Согласно «анкете» адресант при уступке выражает определенную точку зрения, настаивая при этом на своей позиции. Несмотря на то, что адресант находится на противоположных с адресатом- оппонентом позициях по одному вопросу, он преследует цель смягчения собственного протеста. Но в случае диалога речь идет о реактивной реплике. В монологических же текстах адресант является автором текста, а диалогичность текста выражается в разнообразных формах взаимодействия смысловых позиций общающихся. В РА уступки автор вступает в противоречие не с читательской аудиторией, а с реальными или потенциальными оппонентами. Именно автор текста является инициатором общения ( по Л.П. Семененко) или, как считает В.И. Карасик, осуществляет коммуникативный контроль (Карасик, 2004, 79).

Совершая тот или иной речевой акт, адресант выбирает определенный речевой вариант высказывания, наполняя его языковыми средствами, набор которых зависит от многих социолингвистических, прагматических, психологических факторов, а так же от векторной направленности речевого акта уступки ( оппонент- автор текста- читатель).

Приведем пример:

[8](1)The Commission, which also counts Paul Volcker, the former chairman of the US Federal Reserve, George Shultz, the former US Secretary of State, and Sir Richard Branson among its 19 members, says the UN should now lead an "urgent" rethink of global drug policies, based on scientific evidence rather than political expediency.<…> (2)We accept that the law has a role, as an expression of social disapproval, in discouraging experimentation. Information and education is more important than legal prohibition,(3) but decriminalisation would predictably lead to more mental illness and, in the case of other drugs, addiction (The Independent, 2011).

Данное высказывание является реакцией адресата (реактивная реплика) на позицию комиссии по поводу послабления закона о наркотиках (1). В нем чувствуется ответственность автора за сообщаемую информацию. Согласие автора с содержанием данного высказывания  в (2) сопровождается оспариванием целесообразности этого закона. Наречие (predictably) является авторским приемом и придает смягчение отрицательному прогнозу в (3). Инклюзивное we accept выводит нас на образ адресата, которого адресант хочет привлечь на свою сторону.

3. Образ адресата. Образ адресата чрезвычайно важен для характеристики речевого жанра уступки в аналитическом типе текста. Исходя из понятия ответности монологического текста, адресант, осуществляя РА уступки, предвосхищает определенную реакцию адресата (читателя), возможное недопонимание, его фоновые знания. Для максимального перлокутивного эффекта авторскую оценку получает предполагаемая смысловая позиция адресата, делаются дополнения, попутные замечания к тому, что уже было сказано, уточняются свои и чужие позиции, в векторе «автор- читатель (адресат-2)» автор эксплицирует идентификацию своей позиции и позиции читателя (инклюзивное “we”, “you”) и т.д. Например:

[9]Switzerland, which, you might think, knows a thing or two about banking, reveals the weakness of the measures agreed elsewhere. It has unilaterally imposed far higher capital requirements on its banks, worrying that the relatively large size of the banking sector in the Swiss economy renders it especially vulnerable to banking collapse. But hang on a minute – the credit crunch and ensuing global collapse showed that the economy of the entire world, not just Switzerland, is dangerously exposed to bank failure (Guardian, 2011).

В векторе «автор- оппонент (адресат 1)» реакция уступки автора обычно спровоцирована предварительной ссылкой на адресата-1, информированием о совершенном им действии или высказывании, о чем свидетельствуют приведенные нами примеры. В такой форме взаимодействия смысловых позиций общающихся в цепочке «оппонент← автор текста→читатель» адресованность и ответность сливаются воедино. Зачастую автор текста в подтверждение своих тезисов прибегает к «третьим лицам», в качестве «третьего лица» выступают герои публикации. Например:

[10](1)In the Commons at Prime Minister's Questions, Mr Cameron described the violence meted out to the demonstrators in Syria as "completely unacceptable" and said that the international community should come together to condemn it.(2) The decision now to table a draft resolution - which has been circulating for more than two weeks - reflects a growing impatience in Western capitals with Syrian President Bashar Assad. (3)However there are also concerns that if he is forced out and the regime collapsed, the country could rapidly descend into sectarian violence with potentially serious implications for the entire region (Guardian, 2011).

Ссылаясь на заявления премьер министра Великобритании Дэвида Камерона в (1), автор подкрепляет и свою позицию. Идя на уступку и  соглашаясь с предложением провести резолюцию по Сирии в (2), автор в вежливой форме все же предупреждает о возможных последствиях развитий событий в стране(3).

4. Событийное содержание. Здесь весьма важной оказывается временная перспектива события, с точки зрения которой РА уступки предполагает обязательную перфектную и футуральную перспективу события. РА уступки подвергаются уже свершившиеся действия, имевшие место высказывания, при этом автор идентифицирует свою позицию, действуя щадяще для имиджа оппонента. Автор выносит оценку, подкрепляя ее прогнозами на будущее, что реализуется в соответствующих временных формах. В целом категория темпоральности представлена в жанре уступки полным спектром грамматических времен, отражающих логическую связанность происходящего в действительности:

[11] (1) A month ago in Yemen it seemed likely that President Ali Abdullah Saleh was on his way out, (2) but he still has not gone and has mobilised his own demonstrators, gunmen and security forces.(3) Nevertheless the army has publicly split and the probability is that he will finally depart (The Independent, 2011).

Ожидаемая направленность действий президента Йемена, о том, что он должен был покинуть страну в (1), реализуется при помощи Past Simple (seemed likely). Форма Present Perfect (still has not gone) подчеркивает отрицательную результативность этих действий в (2). Но автор, все же настаивает на своей точки зрения в (3) (nevertheless),утверждая, что армия публично расформировалась. Положительный прогноз, завершающий высказывание реализуется в Future Simple (will finally depart) и носит промиссивный характер.

5. Образ коммуникативного прошлого и будущего. Т.В. Шмелева различает с этой точки зрения инициальные речевые жанры, начинающие общение и такие, которые могут появляться только после определенных речевых жанров- ответ, отказ, согласие, опровержение.

В диалоге этот фактор учитывает характер реплики- инициальная или реактивная. Исходя из гипотезы «адресованности-ответности» письменных монологических текстов, всякий текст, как уже подчеркивалось, есть реакция на прежде высказанное и стимул для последующего ответа. Совокупность этих факторов вытекает из интертекстуальности дискурса, которая проявляется в его связи с предшествующими и последующими произведениями.

Поэтому в нашей работе, опираясь на авторитетные мнения лингвистов, мы будем рассматривать РА уступки, как реактивный, опирающийся на коммуникативное прошлое, так и инициальный, способный предвосхитить возможные реакции адресата. В приведенных выше примерах прослеживается связь коммуникативного прошлого и будущего.

6. Языковое воплощение. Т.В. Шмелева рассматривает языковое воплощение в рамках модели жанра как спектр возможностей, лексических и грамматических ресурсов жанра. В этом спектре она обозначает полюсы: клишированность / индивидуальность, минимальность / максимальность словесного выражения. РА уступки имеет в речи определенное языковое воплощение. Подробно исследованию средств выражения РА уступки будут посвящены следующие параграфы работы.

Теперь рассмотрим, какие иллокутивные типы речевых актов наиболее характерны для реализации РА уступки.

В классификации речевых актов, предложенных Дж. Серлем, не определенно конкретно место РА уступки. Можно сказать, что характерные черты многих выделяемых типов иллокутивных актов входят в состав речевого акта уступки. Мы полагаем, что речевой акт уступки находится в непосредственной близости от директивных речевых актов и содержит многие из характерных им черт. Но в то же время мы не можем полностью отнести к ним речевой акт уступки, поскольку речевой акт уступки присутствует и в разряде комиссивов в виде обещания-уступки, а так же граничит с речевыми актами возражения и согласия, приобретая инкорпорирующий характер. Таким образом, речевые акты уступки следует выделить в самостоятельный тип иллокутивных актов.

При осуществлении РА уступки аргументирование в принципе происходит  посредством любого из пяти типов речевых актов, которые используются как тезисы и аргументы- обоснования, оценочные аргументы. При этом как отмечает С.Г.Агапова, элементы одного типа могут быть присущи в различной степени другому типу (Агапова, 2004, 78). Это на наш взгляд, объясняется тем, что РА уступки присущи такие иллокутивные составляющие, как утверждение, опровержение, совет, предложение, обещание и др.

Анализ материала показывает, что наиболее репрезентативными являются:

·  ассертивы, целью которых является описание факта, события, действия, и выражающие мнения, согласие или возражение адресанта с каким-либо суждением.

·  директивы, выражающие психологическое состояние адресанта, так как их иллокутивная направленность состоит в стремлении адресанта дать настоятельный совет, предложить, предостеречь.

·  коммисивы, используются адресантом с целью связать себя обязательством делать/не делать что-либо, предполагают наличие у него соответствующего намерения.

Поясним сказанное следующими примерами:

[12](1)"A woman's right to choose" and "Every child a wanted child" are common, and often useful, concepts. (2)The situation in India, where the number of baby girls has dropped significantly because of selective abortion of female foetuses, illustrates how tricky the questions raised can be. (3) Those of us in favour of choice tend to believe that, if a pregnant woman is considering an abortion, the decision should ultimately be hers. (4)There may be complex factors involved – and her partner and wider society have a legitimate interest – (5) but forcing her to carry a foetus she does not want (or to have a backstreet abortion) would cause more problems than it solves (Guardian, 2011).

Данная цепочка речевых актов объединена единым иллокутивным намерением- выразить отношение автора к проблеме абортов. Высказывание начинается с ассертива (1), в котором освещаются концепты современного общества. Ассертив (2) содержит описание ситуации, касающейся абортов в Индии. Далее полагаясь на общественное мнение(3), адресант идет на уступку, способствуя дальнейшему развитию дискуссии(4). Завершается эта цепочка комиссивом, где адресант делает негативный прогноз на будущее(5).

РА уступки может быть выражен через  директивы, иллокутивная цель которых состоит в стремлении адресанта добиться перлокутивного эффекта- изменить картину мира адресата, побудив его к последующим действиям. Например:

[13](1)Finally, there has to be a greater effort at conservation. (2) There has to be. (3)Oil supplies may be tight but there are the two other fossil fuels in reasonable abundance, gas and coal,  (4)and these will drive the world economy for some time yet. (5)But if the burden on the planet is to be contained, conservation will have to play a much greater role.(6) Most people are pretty aware of both.(7) But it is not until you go through the actual numbers that you can see the scale of the task ahead (The Independent, 2011).

В первом предложении (директив) глагол со значением долженствования (has to be) реализует предупреждение,  настоятельный совет адресату сохранять природные ресурсы (1). Иллокутивный эффект директива  усиливается синтаксическим повтором в (2). Ассертив (3) содержит описание настоящего положения дел, после чего следует комиссив (4,5), описывающий прогнозы на будущее. Далее адресант соглашается с осведомленностью людей по проблеме расхода нефти, угля и газа и высказывание завершается предупреждением в форме ассертива (until you go, you can see), вовлекающего адресата в процесс осмыслении ситуации.

По нашему мнению, приведенные примеры показывают, что РА уступки может быть выражен практически любым из типов речевых актов. Роль директивов и комиссивов в выражении уступительной реакции очень велика. Именно эти типы позволяют выразить адресанту свое психологическое состояние по поводу положения дел и принять позицию оппонента. При этом происходит опровержение ложных с точки зрения адресанта пропозиций оппонента и выдвижение собственных убеж­дений.

 

2.2. Структура речевого акта уступки, типы ситуаций уступки

 

РА уступки- это разновидность доказательства, отражающего частичное согласие адресанта (говорящего или пишущего) и противоречащего позиции оппонента.

Посредством  уступки адресант реализует коммуникативную цель блокирования конфликта, обусловливает, как правило, выражение не открытого протеста, а имплицирование собственной оппозиции посредством построения ограничения иллокутивной силы уступки. Ограничение может осуществляться адресантом посредством вы­ражения негативного отношения к высказыванию оппонента, через высказывание допол­нительных условий, требований или оговорок. Также данное ограничение может выводиться из кон­текста речевого акта.

В нашей работе мы рассматриваем РА уступки как сложное явление, как структуру, состоящую из последовательностей интенционально связанных речевых актов ( как прямых, так и косвенных) представленных различными типами речевых актов, и образующих сверхфразовое единство. Основу иллокутивной связанности составляет трехчленная цепочка «оппонент (адресат 1)← адресант (автор текста)→ читатель (адресат 2). Она и создает тот контекст, в котором будут актуализироваться речевые акты с разной иллокутивной направленностью- ассертив, директив, комиссив. Любой комбинаторный речевой акт характеризуется сложной иллокутивной силой, складывающейся, по меньшей мере, из двух взаимосвязанных простых иллокутивных сил компонентных речевых актов. Между ними устанавливается определенное взаимодействие, которое в свою очередь, регулируется отношениями субординации, координации и способствования.

Т.А. ван Дейк так же считал, что между речевыми актами можно найти отношения «подчинения» и «доминирования», например, когда некоторый речевой акт является вспомогательным по отношению к другому (Ван Дейк, 1989, 36).

Комплексный анализ цепочки самостоятельных речевых актов, объединенных совокупной иллокутивной целью уступки, поможет адресату понять, почему за предшествующим ассертивом-тезисом следует аргумент-обоснование, который обязательно содержит положительную иллокутивную оценку, с последующим возражением, опровергающим разъяснением.

В структуру РА уступки входят обязательные и факультативные компоненты. К обязательным компонентам мы относим:

1) информирование адресата о каком-либо факте, выдвигание тезиса или аргумента, что соответствует стадии объяснения;

2) аргументация- рассуждение, содержащее свои доводы, аргументы, допускающие обоснованность тезиса, но в то же время выражение аргументов, логически доказывающих недостоверность, ошибочность тезиса,  что соответствует стадии доказательства и подкрепления гипотезы;

 3) формирование оценки, своей точки зрения, включает выведение следствия.

Однако, что касается третьего компонента, то здесь надо исходить из того, что оценочность вообще является стилеобразующей чертой газетно-публицистического стиля. Поэтому оценочный компонент не является чем-то отдельным, а пронизывает все высказывание и на этапе инфрмирования, и на этапе обоснования точки зрения.

Продемонстрируем сказанное следующим примером:

[14](1)Suicide bombings have often been seen as tantamount to a trademark of al-Qa'ida, which would reinforce the idea that Pakistan's Taliban, like its Afghan counterpart, are in league with al-Qa'ida.(2)So well-known has this trademark become, though, that it may no longer be an authentic signature. (3)At the same time, there may be those keen to capitalise on Bin Laden's notoriety by claiming an association they do not have (The Independent, 2011).

В этом случае мы имеем цепочку из трех компонентных РА, каждый из которых имеет свое пропозициональное содержание и свою иллокутивную силу. В данном примере они представлены ассертивами, выражающими утверждение конкретного суждения по поводу деятельности террористической группировки (Аль Каида). Взятые в отдельности, эти единичные высказывания не имеют уступительной силы. Но, взятые вместе, они удовлетворяют всем условиям успешности РА, описанным выше, которые и придают ему иллокутивную силу уступки.

Высказывание открывается тезисом- ассертивом (1) адресанта, в котором форма Perfect Passive (have been seen) подчеркивает, что террористические акты всегда являлись характерной чертой Аль Каиды. Неизбежность представлений о связи Аль Каиды с участниками движения «Талибан» и афганцами реализуется при помощи модального глагола would(would reinforce). В (1) содержится предварительная информация, которую можно рассматривать как способствование для последующей аргументации. Аргументация – рассуждение (2) содержит обоснование тезиса, в котором адресант констатирует широкую известность этой отличительной черты террористов. Сомнение насчет достоверности этого факта содержится уже в предикативном придаточном предложении (2) и выражается с помощью модального глагола may (may no longer be). Совокупная иллокутивная сила уступки усиливается в (3), где адресант допускает вероятность существования ситуации с намерением  получить выгоду из ассоциаций, связанных с именем Бин Ладена. Таким образом в примере складываются отношения координации, поскольку один компонентный РА логически вынуждает и поясняет последующий с одновременным нарастанием интенсивности иллокутивной силы.

К факультативным компонентам можно советы, рекомендации, обещания, уточнения и разъяснения, отрицательные и положительные прогнозы, побуждение к действию и др.

В следующем примере цепочка рассуждений- уступки содержит как прямые (обязательные) указатели, так и факультативные (советы, рекомендации).

[15](1) The characteristically high-flown Obama rhetoric did nothing to disguise the unanswered question at the heart of the speech: the lack of progress in the peace talks between Israel and the Palestinians(2)Though he chided Israel for its policy of continuing to build new settlements on Arab land,(3) however, there was no suggestion that Washington is about to take the tougher line that is required. <…>But he should also have said that Israel must negotiate with a Palestinian movement that includes Hamas (The Independent, 2011).

В этом примере внутренняя рефлексия автора начинается с ассертива (1), в котором адресант информирует об отсутствии успехов в урегулировании отношений между Палестиной и Израилем. Отрицательное отношение адресанта к бездействию оппонента раскрывается в синтаксической структуре предложения (did nothing) и в содержании лексемы (to disguise). Несмотря на то, что автор идет на уступку и частично соглашается с  оппонентом, он продолжает настаивать на своей точки зрения посредством директива (3). Эффект воздействия усиливается за счет выбора грамматической формы (should also have said) , которая указывает на критику действий оппонента и свидетельствует об ответственности говорящего за высказываемую точку зрения.

При этом уступая, адресант посредством коннотативно-отрицательной лексики,  а также утвердительных и отрицательных синтаксических конструкций в своем высказывании имплицирует, с одной стороны, отрицательное отношение к выраженной оппонентом пропо­зиции, а с другой стороны, собственное негативное эмоциональное состоя­ние.

Теперь рассмотрим наиболее существенные типы речевых ситуаций уступки.

I. «Существовать, совершаться несмотря на…, вопреки…»

Данный подкласс  включает несколько групп, для которых предлагается следующее общее толкование: говорящий считает, что ситуация Б препятствует существованию ситуации А, но А, несмотря на Б, имеет место.

1. Несовместимость А и Б отражает как реальное устройство мира, так и эмоциональное состояние говорящего, его личное мнение, желание.

Например: [16]Ministers are discussing the regulation of social networking sites and looking at the possibility of new privacy laws(А), but these efforts could still wilt in the face of the lightning-fast, cross-pollinating nature of Twitter, Facebook and blogging on sites hosted overseas(Б) (The Independent, 2011).

2. В данной группе ситуация А существует, несмотря на то что ситуация Б обычно препятствует этому. В данном случае Б не мешает А.

Например:  [17]Having never been much of a fan of chemistry, I’m not quite sure how or why ‘metallic elements’ inspired them(А), but in any case, it continues: “Solid grey in colour, the shirt is finished with metallic silver detailing on the iconic adidas 3 stripes across the shoulders, both sponsors logo’s and the laser cut woven crest(Б) (The Independent, 2011).   

3. В этой группе предполагается наличие ситуации А, неблагоприятной для неё ситуации Б, а также благоприятного для А обстоятельства В, которое находится в центре внимания и объясняет, почему ситуация А существует.

Например: [18]Sharapova, who will climb to No 7 in today's updated world rankings list, has not reached a Grand Slam semi-final for more than three years following shoulder surgery(Б) but has been recovering the form that once made her the game's outstanding player(В). Nevertheless, her 23rd title was her first for 12 months, Sharapova having lost all four finals she had reached since last year's Strasbourg tournament(А) (The Independent, 2011).

4. Ситуации А и Б представляются как более или менее совместимые друг с другом (хотя, по мнению говорящего, не часто встречающиеся вместе) и одновременно как более равноправные. Между ситуациями А и Б нет конфликта.

Например: [19]"I just like their attitude to their work. They work very hard when they train (Б) but at the same time they're very relaxed (А) . They don't really stress too much about stuff. They just turn up and train hard, go home" (The Independent, 2011 );

5. Ситуации А и Б  представлены как логически несовместимые друг с другом. Ситуация, которая упоминается второй, представляется чуть более важной.

 Например: [20]Mr. Draghi has been widely praised for his term at the Bank of Italy. And the Italian reputation for inflation notwithstanding (А), his credentials are impeccable – he's been a respected economist, academic and banker for more than three decades (Б) (The Independent, May 2011).

 Или предполагается, что имеет место ситуация А, но она противоречит Б, совершается вопреки ей: [21]Last summer, just as London-listed Cairn Energy was negotiating to sell control of its Indian business, Vedanta was refused permission to mine bauxite in the eastern state of Orissa. It had won the favour of the local authorities (А), in the teeth of environmental opposition (Б), but not of a New Delhi government of a different political stripe (The Independent, 2011).

6. Ситуация  А будет иметь место, несмотря на то что могут возникнуть какие-то серьёзные препятствия к её существованию: [22]Many believe that if the conflict in Libya continues, quantities of arms will enter the country regardless of anything the UN authorises (The Independent, 2011).

II. «Уступить, не согласившись…»

Говорящий  считает, что ситуация Б, вероятнее всего, не имеет места. Если ситуация Б всё же имеет место, её действие существенно ослабляется действием А или практически сводится на нет: [23]Rooney's complaint that United were not showing sufficient determination to match his own ambitions has been made to look rather foolish(Б), even though he is now the beneficiary of a new five-year contract Why United won it: Young master Javier, Fergie's desire and golden oldie Giggs add up to a winning formula(А) (The Independent, 2011).         

III. «Компенсация» и «оговорка»

Говорящий признаёт существование положительно или отрицательно оцениваемой ситуации Б и обращает внимание адресата на то, что имеет место также ситуация А, независимая от Б и противоположно оцениваемая по отношению к Б, и что в данном случае А важнее Б.  

Например: [24]They are not technical or specialist skills needed for particular jobs which eventually go out of date (А). Instead, they are the skills which, whether a student is pursing engineering, psychology, or history, will always be in demand and will underpin success throughout a career whatever the field (Б) (Guardian, 2011);

IV. «Говорящий готов пойти на уступку при условии…»

Говорящий  считает, что для  осуществления ситуации Б нет достаточных оснований. Б можно было бы признать обоснованным при условии, что ситуация А имела бы место. Например: [25]Today the Speaker asked MLAs to ensure their barks  are  no worse than their bites (well he didn't use that exact metaphor), but declined to rule that "lapdog"  is  unparliamentary per se. I suppose it would  be   a   different   matter   if  an MLA picked on someone who is quite obviously a debating rottweiler (David Burnside for example) and called him a "lapdog"(А). Then they would  be  misleading the doghouse(Б) (Guardian, 2011 ).

V. « Предел нормы»

Говорящий считает, что ситуация Б, сильно выходящая за пределы нормы, создаёт отсутствие нормальных условий для существования ситуации А, и утверждает, что А имеет или будет иметь место.

 Например:  [26]The Big Society is a great idea and I believe in it (А), even though it has been over-shadowed by cuts (Б) (The Independent, 2011).

VI. «Уступить вопреки желанию»

Внутри данного класса выделяется три подкласса уступительных выражений.

1. «Субъект готов на всё»

В данный подкласс входят следующие группы:

а) субъект понимает, что получить желаемое трудно или невозможно, поэтому готов иметь меньшее А, обладание которым более вероятно. Все лексемы рассматриваемого ряда предполагают  компромисс: субъект соглашается на нечто меньшее, чем то, чего он действительно желает: [27]If nothing else, the furore over Berlusconi has demonstrated Italians' superb dress sense (The Independent, 2011).

       б) субъект готов отказаться от всего при условии, что будет существовать желательная для него ситуация А, которая оценивается как нечто не очень большое: [28]ZNDD recognised, for example, peoples' right to clear some forests for agriculture, or the value in occasionally "trading off" degraded forests "to free up other land to restore important biological corridors, provided that biodiversity values and net quantity and quality of forests are maintained (А)." (The Independent, 2011).

2. «Ничего не поделаешь»

Говорящий понимает, что избавиться от нежелательной ситуации А трудно или невозможно, не прилагает к этому дополнительных усилий и соглашается с её существованием: [29]And then there was a kind of muted back-blast as other women – though equally furious at the implication that women might be regarded as complicit in their own violation – took issue with the attempt to detoxify the word "slut" (The Independent, 2011).

3. «Хочется большего»

Говорящий понимает, что А значительно меньше того, что он ожидал, ему хочется большего: [30]A member of Sarkozy's ruling UMP party declared himself outraged at this removal, although even he allowed that the portrait might be hung "in the town hall [but] not necessarily in the marriage room" (The Independent, 2011).

Итак, были представлены основные типы речевых ситуаций уступки. Для них выделяется общая схема употребления: имеет место конфликт ситуаций А и Б; в этом конфликте ситуация А доминирует. Иногда это происходит благодаря неким дополнительным обстоятельствам В.

 

2.3. Лексические средства выражения речевого акта уступки

 

Идеальным иллокутивным актом, по мнению Дж. Серля (1986), является перформатив, так как пропозициональное содержание в нём соответст­вует его иллокутивной силе. Гипотетически речевой акт «я уступаю», как и в некоторых ситуациях потенциально выражающий уступку комиссивный рече­вой акт «я обещаю», соответствует требованиям, предъявляемым к перформативным высказываниям. С одной стороны, здесь имеет место автореферентное употребление глагола, где «с точки зрения времени действие происходит одновременно с моментом речи» (Падучева, 1994, 37). С другой стороны, рече­вой акт уступки производит изменение существующей коммуникативной ситуации, что соответствует следующему требованию, предъявляемому к перформативным высказываниям: «любой глагол может стать перформативом, если «я говорю, что», произнесённое в соответствующих усло­виях, создаёт новую ситуацию» (Бенвенист, 1974, 308). Однако перформативное выражение уступки как через декларатив «я уступаю», так и через комиссив «я обещаю» не встретилось нам в проанализированном языковом ма­териале. Избегание участниками конфликтного дискурса упот­ребления перформативов в РА уступки детерминировано причинами, которые отмечаются многими учёными при исследовании коммуникативного процесса в целом. По мнению Ф.Х. ван Еемерена и Р. Гроотендорста, высказываясь перформативно, говорящий «подносит мысль на та­релочке», поскольку выражает ее лишь опираясь на «условности языка», а не на «условности использования», поэтому избегание перформативов пред­ставляет собой безобидный обман в языке (Еемерен, Гроотендорст, 1994, 75; Болинджер, 1987).

Уступая, говорящий не хочет открыто подчиняться партнёру и признавать собственное поражение, так как реализация уступки посредством перформатива является для него иллокутивным самоубийством (Вендлер, 1985). Данный перформатив является самоубийственным из-за наличия в предика­те «уступать» семантических компонентов «слабость» и «поражение», кото­рые несут неприятный смысловой оттенок для говорящего и традиционно идут с оценкой «плохо». Следствием желания адресанта скрыть собственную уступку и компенсировать потери является целый ряд прямых и косвенных лексических средств, которыми он пользуется.

Итак, к лексическим средствам выражения РА уступки мы относим:

Единицы с уступительной семантикой: actually, anyhow, anyway, at any rate, at any event, at any point, in fact, as a matter of fact, after all, really. Все эти слова объединяет семантическое инвариантное значение уступительности, которое они передают путем соотнесения высказывания, в котором они содержатся, с другим высказыванием дискурса, которое, как правило, присутствует в дискурсе имплицитно. При этом, естественно, все они сохраняют свое базовое инвариантное значение противопоставления.

Большой интерес с точки зрения семантических и прагматических особенностей представляет наречие anyway. Данный уступительный маркер передает разные значения в зависимости от позиции в предложении. В финальной позиции anyway имеет значение, которое мы определяем как «уступка посредством вежливого опровержения».

Например: [31] Anyone, male or female, can go, and wear whatever they feel comfortable in. Actually, the summer uniform of a vest top and shorts is as revealing as what many of these girls wear anyway (Guardian, 2011).

Адресант на самом деле намерен в вежливой форме дать понять, что хотя летняя одежда довольно открытая, каждый в праве сам решать, что ему носить.

Сфера действия anyway в инициальной позиции в публицестическом дискурсе сложнее. В начальной позиции anyway означает смену топика (topic shift). Таким образом, прагматическую функцию anyway можно обозначить как маркер дискурсного рубежа и перехода беседы в иное тематическое русло, что означает совершение уступки.

Например: [32]Attractive people don’t use online dating: Let’s put this myth to rest because the truth is all sorts of people, from all walks of life use online dating for different reasons. Anyway, beauty is in the eye of the beholder is it not? (The Independent, 2011).

В данном высказывании адресат опровергает мнение оппонента, о том, что привлекательные люди не пользуются интернетом. В защиту своей точки зрения он приводит аргументы. Высказывание завершается вопросом- уступкой, в котором адресант переводит беседу в другое русло, предлагая адресату делать выводы самому.

Уступительные маркеры at any rate, at any event, at any point, anyhow являются частичными синонимами anyway. Например: [33]Insofar as it helped to cut inflation, most immediately by strengthening sterling and hence cutting import costs, it might actually have the reverse effect. At any rate, that is what is going to happen(The Independent, 2011).

Уступительные маркеры in fact и actually являются довольно близкими функциональными синонимами. Сферу действия этих слов можно охарактеризовать как уступка- частичное несогласие с предыдущим высказыванием или фрагментом дискурса.

Например: [34]They found that, in spite of some criticism, the ECHR generally enjoys a very high degree of legitimacy. In fact, judicial respect for the jurisprudence of the Strasbourg court is so strong that even the unpopularity of some of judgments does not significantly erode it. (The Independent, 2011)

Адресант допускает, что несмотря на критику Европейский суд  использует права законно. Но он все же не уверен, что его первое высказывание прозвучало достаточно убедительно, поэтому он сам себя корректирует, пытаясь передать то же самое сообщение, используя более сильные языковые средства. В этом легко убедиться, если мы сравним выделенные лексические единицы. Как видим, лексические единицы первого высказывания коррелируют с лексическими единицами второго высказывания в сторону интенсификации значения.

Семантическое значение дискурсивного маркера after all можно определить следующим образом: вопреки тому, что было бы естественным думать или ожидать. Например: [35]It's highly possible that Melody's social enterprise background will get lost among the bickering and back stabbing which the BBC often prefers to focus on. We must remember that The Apprentice is entertainment afterall (The Independent, 14 2011).

В инициальной позиции у after all иная функция, этот уступительный маркер действует как средство убеждения, т.е., в данном случае он индикатор речевого акта-конвинсива. Употребляя данную единицу, говорящий намерен посредством уступки заставить слушающего изменить свою точку зрения. Например: [36]The latest actions of the Syrian regime yesterday indicate that all this is bound to lead to further bloody confrontation. The leadership knows that it is in danger, but it simply will not give up peacefully. After all, it has seen what happened in Egypt, where Hosni Mubarak faces jail or perhaps even the death penalty. (The Independent, 2011)

Высказывание содержит информацию, о том, что лидер Сирии знает о возможном противостоянии, но несмотря на это, не хочет мирно оставлять свой пост. Допуская негативное развитие событий, адресант пытается переубедить оппонента на примере Египта.

Адресант часто прибегает к РА уступки, то есть завуалированным, «туманным» средствам выражения своей интенции, поскольку он хочет сохранить лицо. В процессе речевого взаимодействия это часто достигается путем применения коммуникативной стратегии вежливости. Прибегая к данной коммуникативной стратегии, говорящий сознательно (или неосознанно) пытается защитить себя от излишней категоричности, от излишней откровенности, от открытого навязывания своего мнения. Примеры таких слов в английском языке многочисленны, например: as far as I know, I guess, I suggest, surprisingly so, unfortunately, by the way, I am not sure but, approximately, almost.

Например: [37](1) I’m not entirely sure when and where this association of running with charity fundraising snowballed — (2)so please put me straight anyone who knows — (3)but my sense is that the advent of the Cancer Research UK’s Race for Life was pivotal. (The Independent, 2011)

В данном высказывании адресант смягчает свою неосведомленность по поводу демонстраций, направленных на благотворительность в ассертиве(1), за которым следует директив, указывающий на просьбу (2), в заключении адресант выражает свою точку зрения в вежливой форме.

К лексическим средствам выражения уступки относятся модальные слова, которые также обладают важными функциями . В соответствии с их прагматическими значениями, их можно разделить на несколько групп:

·             модальные слова, выражающие сомнение и предположение, неуверенность в достоверности сообщаемого: maybe, perhaps, probably;

·             модальные слова, выражающие одобрение или неодобрение: fortunately, unfortunately, luckily, unluckily, happily, unhappily;

·             модальные слова, выражающие усиление: really;

·             модальные слова, выражающие уверенность, достоверность сообщаемого: course, sure, surely, to be sure, sure enough, evidently, obviously, no doubt, naturally, really.

Приведем пример: [38](1)It is anybody’s guess, though, who will be Moscow’s next major. (2)Of course there will be no shortage of contenders for the position of Moscow major, not at least among politicians on the federal level. (30Yet it is impossible now to predict who the Kremlin is going to choose (Guardian­, 2010).

Данное высказывание начинается с постановки вопроса, сообщающего о догадках по поводу выборов мэра(1). Модальное слово of course выступает с целью подтверждения того факта, что при выборах главы города Москвы не будет недостатка соперников. Адресант, показывает степень уверенности в реальности событий, в их достоверности, тем самым совершая уступку(2). Смягчая свой протест, адресант все же имплицирует мысль, что сейчас еще рано делать прогнозы(3).

Также можно выделить выделить существительные с уступительной семантикой, например, concession, conciliation, compromise и др.: [39] He said: "Although I would love to have all my players in camp at least two days [prior] to the mandatory 14 days, I will give concession to those in England. But they should be in camp unfailingly in the 14 days mandatory period. (The Independent, 2007). Слово concession с уступительным значением усиливает общий смысл уступки высказывания, которое начинается с уступительного союза although. [40] Both sides met at conciliation service Acas for two hours today, but the RMT said the talks had broken down and the strikes were now set to go ahead (The Independent, 2011).  Слово с уступительной семантикой conciliation, употреблённое в предложении с противительным союзом but призвано подчёркнкть возникшее в речевой ситуации разногласие.

Таким образом, дискурсивные маркеры, будучи неноминативными языковыми единицами, являются носителями особой, уступительной семантики, которая выявляется путем соотнесения высказывания с дискурсивным маркером с иным фрагментом дискурса. Семантические особенности дискурсивных маркеров позволяют им осуществлять в диалогическом дискурсе важные прагматические функции, поскольку они являются индикаторами реализации коммуникативных стратегий вежливости и речевой манипуляции.

 

2.4. Грамматические средства выражения речевого акта уступки

 

К грамматическим средствам относятся:

·  видо-временные формы глаголов (concede, give in, give way, yield и др.). Например: [41] However, I do object to the insidious spread of Americanisms. I concede that all languages must evolve, but that won't stop me waging a battle against the American word "upcoming", which seems to have expunged the more graceful "forthcoming" (The Independent, 2011). В этом примере уступительная семантика глагола concede подкрепляется и усиливается уступительным союзом however в первом предложении, что позволяет наиболее точно понять позицию автора высказывания.

·  формы сослагательного наклонения. Например: [42] If alien geologists were to visit our planet 10 million years from now, would they discern a distinct human fingerprint in Earth's accumulating layers of rock and sediment? (The Independent, 2011). В данном примере сослагательное наклонение выражает нереальное (нереализованное) действие.

·  инвертированный порядок слов. [43] Не disliked all competitors  but these competitors he hated with an immediacy that was unusual even in him (The Independent, 2010). Данный пример демонстрирует уступительно-противительные отношения. В обеих частях предложения мы видим наличие идентичного члена предложения, причем, во второй части предложения этот признак или действие представлен уже как более интенсивный, и говорящий подчеркивает это, что обычно достигается использованием прилагательных и наре­чий в превосходной степени или их эквивалентов, а также инверти­рованным порядком слов во второй части.

·  союзы, союзные и вводные слова (although, though, as, however, whoever, whatever, whichever, even if, even though, no matter who (what, when, how и т.п.), in spite of the fact that и др.). Например,  [44] For most of us, though, it was simply pleasant to have a tangible reminder of our past, no matter how much dust from the attic it had on it (The Independent, 2011). В данном примере выражение no matter  интенсивную уступительную семантику, так как не просто констатирует недействительность любых предметов или обстоятельств (способствующих или противодействую­щих), но и подчеркивает безразличие для следствия главного предложения тех обстоятельств или признаков, о которых сообщается во вводимом им придаточном предложении.

·  различные структурные типы предложений:

- простые, например, [45] Regardless of the conditions, Dar Re Mi will be running in Saturday’s Coral–Eclipse at Sandown (Daily and Sunday Express, 2010). Отчетливости уступительного зна­чения данного предложения способствует необычайно прозрачная се­мантика предлога regardless of.

- сложносочиненные, например, [46] When asked whether she would be becoming a mother any time soon, she said: "We talk about it. Yes, we're excited to do that, but I want to work a little bit more (The Independent, 2011). Данная конструкция с союзом but является активнейшим средством выражения уступки в английском языке.

- сложноподчиненные, например, [47] Even if we do sidestep the digital shredder by passing our passwords and hard drive to our families, the sheer number of pictures we keep has got curators and historians in a spin (The Independent, 2011). Данное предложение отличается особой эмфатичностью, так как содержит в себе указание не только на отсутствие вли­яния обстоятельств /действий, признаков/ придаточного предложения на результат главного предложения, но и указание на самую крайнюю альтернативу, при которой количественные характеристики недостаточной причины достигают максимальной величины, не превышая, однако, меру.

·  конструкции с эксплицитно/ имплицитно выраженным лексико- грамматическим отрицанием. Например, эксплицитное отрицание, [48] Whether one has fear of it or not, one's death is difficult to accept (The Independent, 2010); эмплицитное отрицание [пример из художественной литературы] [49] That kind and harmless man to be so insulted! (Galsworthy J., River); 2. To send...in broad day! (Galsworthy J., To Let). Экспрессивность в данных двух структурах достигается интонацией, предельной компактностью структуры и яркой эмоциональной семанти­кой лексического наполнения. Несмотря на предельную компактность, семантическая и структурная бинарность, характерная для уступите­льных конструкций, сохраняется даже в условиях такого минимально­го контекста с имплицитным отрицанием.

·   вопросительные предложения. Например [из художественной литературы], [50] It could be done,..., swiftly and simply, ... Yet why was he waiting now? (Dreiser Th. An American Tragedy). Вопросительная форма со словом why начальной фразы второго аб­заца данного примера способствует идентификации значения уступительности.

Синтаксические конструкции, служащие средством выражения уступительных и уступительно-противительных отношений, можно разделить на простые и сложные, сочинительные и подчини­тельные, они подразделяются также на:

·  нейтрально-уступительные. Например, сложноподчиненные предложения с союзом though с препозиционным придаточным предложением является исходной моделью с для выражения уступительного значения, ибо в ней инвариантное значение уступительности выступает в своем наиболее чистом и нейтральном виде. В предложениях этой модели наблюдается наибольшее соответствие формального, логического и семантического планов:  [51] The visit was supported by "the overwhelming majority" of Irish people, though he accepted that some protest was likely (The Independent, 2011).

·  эмфатические [от эмфаза - усиление]. Например, предложения с союзом as эксплицируют уступительную семантику более эмфатично, чем структуры с союзом though, так как они хара­ктеризуются дополнительной семой интенсивности. Отличаются они и своей гораздо более выраженной структурной вариативностью, а также возможностью омонимизации с причинно-следственными предложени­ями, что является специфической особенностью английского языка. Например, [52] Sullivan might have travelled to Manchester but said it would have done no good as he could not "influence the result" (The Independent, 2011).

·  эмоциональные. Значительным эмоционально-экспрессивным потенциалом обладают союзные структурно-семантические единства: эмоциональные сложносочиненные противительно-уступительные струк­туры. Например, [53] Не had insulted his partners, treated them abominably, and the partners,..., offered him a new contract! (Guardian, 2007)

Такое членение определяется различными лексико-грамматическими средствами: семантикой союзных средств, порядком слов, синтаксической природой конструкции.

 

Выводы II

 

1. РА уступки, рассмотренный через призму анкеты речевого жанра, представляет как средство реализации модели речевого жанра уступки характерного для публицистических текстов конфликтного дискурса. Пересечение РА уступки с актами согласия и возражения позволяет рассматривать его как РА позитивной (допущение) и негативной (выражение смягченного возражения) реакции, обладающий широким спектром языкового выражения.

В РА уступки четко прослеживается семантика диалогических отношений, что и определяет его двунаправленный характер. РА уступки это двухвекторный  РА, опирающийся на коммуникативное прошлое (реактивный), и способный предвосхитить возможные реакции адресата (инициальный), с целью изменить его картину мира и привлечь на свою сторону.

2. РА уступки имеет сложную аргументативную структуру, состоящую из последовательностей интенционально- связанных речевых актов с разной иллокутивной направленностью. Наиболее репрезентативными являются ассертив, директив, комиссив, которые используются как тезисы, аргументы-обоснования, оценочные аргументы, что соответствует логике аргументации в процессе уступки. Между ними устанавливается определенное взаимодействие, регулируемое отношениями субординации, координации, способствования. В структуру РА уступки входят обязательные и факультативные компоненты.

3. Типы речевых ситуаций уступки: I. «Существовать, совершаться несмотря на…, вопреки…»; II. «Уступить, не согласившись…»; III. «Компенсация» и «оговорка»; IV. «Говорящий готов пойти на уступку при условии…»; V. « Предел нормы»; VI. «Уступить вопреки желанию» (1. «Субъект готов на всё», 2. «Ничего не поделаешь», 3. «Хочется большего»), VII «Уступительно-противительные фразеосхемы: возражение под видом согласия».

4. К лексическим средствам относятся наречия и союзы с уступительной семантикой, языковые маркеры вежливости, модальные слова. К грамматическим средствам относятся синтаксические конструкции, служащие средством выражения уступительных и уступительно-противительных отношений, которые можно разделить на простые и сложные, сочинительные и подчини­тельные, они подразделяются также на нейтрально-уступительные, эмфа­тические и эмоциональные.

 

Заключение

 

В настоящей работе мы провели исследование речевых актов уступки на материале британских СМИ. Как показало исследование, категория уступки принадлежит к числу сложных и недостаточно изученных вопросов языкознания. В лингвистических трудах разработаны лишь отдельные проблемы данной категории. В свете сказанного, настоящая работа представляет собой попытку дать системное описание уступительных конструкций в речи, показать особенности их функционирования, особенности их структуры. Главной задачей исследования был анализ речевого акта уступки с позиций коммуникативно-прагматической направленности.  

Так, в исследовании было выявлено, что уступительные конструкции представляют из себя интересный объект для выяснения различных спорных вопросов взаимосвязей между синтаксисом и семантикой. Уступительность является значением, обладающим богатой палитрой оттенков, что находит свое выражение в большом числе специфических синтаксических конструкций, служащих для передачи уступительных отношений.

Большое внимание в работе было уделено жанровой специфики РА уступки. Мы проанализировали структуру РА уступки, состоящую из последовательностей интенционально- связанных речевых актов с разной иллокутивной направленностью. В соответствии с этим мы  подробно рассмотрели лексические и грамматические средства выражения РА уступки. Проведенное исследование также позволило выявить основные закономерности содержательной и формальной организации сложноподчиненных, сложносочинённых и простых уступительных предложений.  Особое место в исследовании занимают типы речевых ситуаций уступки, в которых раскрываются коммуникативно-прагматические особенности данных речевых явлений.

Таким образом, в данной работе мы представили своё видение проблемы уступительных отношений, речевых ситуаций уступки в рамках деятельностно-ориентированного подхода. В исследовании категория уступки рассматривается как дискурсивный феномен, что является существенным моментом для проблемы экспликации уступительных отношений.

В заключении хотелось бы отметить перспективность данной тематики работы, представляющей научный интерес для последующих исследований речевых актов уступки.  Всестороннее исследование речевых актов уступки важно для общей теории текста и призвано расширить представление о текстообразующих функциях уступительных предложений в плане смысловой организации текста. Так, данный труд может служить  отправной точкой для исследований функционально-семантического поля уступительности в английском языке, для исследования речевой ситуации уступки в рамках конверсационного анализа и конфликтного дискурса в английском языке, для сопоставительных исследований речевых актов уступки на базе как близкородственных языков, так и языков другой семьи и др. 

 

Библиографический список

 

1.     Агапова С.Г. Основы межличностной и межкультурной коммуникации. Ростов н/Д: Феникс, 2004.

2.     Алимурадов, О.А. Глобальный смысл: природа, специфика порождения и интерпретации на уровне текста / О.А. Алимурадов // Номинация и дискурс: материалы докл. междунар. науч. конф. –
    Минск, 2006.

3.    Апресян В.Ю. Уступительность в языке и слова со значением уступки. // Вопросы языкознания. №5. 1999.

4.     Арутюнова Н.Д., Падучева Е.В. Истоки, проблемы  и  категории  прагматики  // Новое в зарубежной лингвистике:  лингвистическая   прагматика. Вып. XVI. – М., 1985.

5.     Бенвенист Э. Общая лингвистика / Э. Бенвенист. –  М.: Прогресс, 1974.

6.     Боргер Яна Викторовна. Комплексный анализ речевых актов негативной реакции (На материале современных драматических произведений): Дис. ... канд. филол. наук:
   10.02.01 – Тюмень, 2004.

7.     Бут Н.А. Просодические характеристики ситуативно обусловленных иллокутивных актов группы «минативов» (экспериментально-фонетическое исследование на материале
   современного немецкого языка): Автореф. … канд. фил. наук 10.02.04 – Тамбов, 2004.

8.       Восканян Г.Р. Структура, типы, контексты функционирования комиссивных и эмфатических ассертивных высказываний в современном английском языке: Автореф. дис.          
       
...канд. филол. наук. – Пятигорск,1985.

9.           Демьянков В.З. «Теория речевых актов» в контексте современной лингвистической литературы: (Обзор направлений) // Новое в зарубежной лингвистике: Вып.17. Теория
         речевых актов. – М.: Прогресс, 1986. С.223-235.

10.         Карасик В.И. Язык социального статуса. // М.: Ин-т языкознания РАН; Волгогр. гос. пед. ин-т, 1992.

11.         Кару К. Уступительные конструкции в эстонском и русском языках: Дисс. ... доктора. философии по русскому языку. –  Тарту, 2006.

12.         Клюев Е.В. Речевая коммуникация: Учеб. пособие для университетов и институтов. / Е.В. Клюев. – М., 2002.

13.         Ляпон М.В. Смысловая структура сложного предложения и текст: к типологии внутритекстовых отношений. – М.: Наука, 1986.

14.         Майол, Э. Эти странные англичане. / Э. Майол, Д. Милстед. – Москва: Эгмонт, 2001.

15.         Остин Дж. Слово как действие. // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 17. – М.: Прогресс, 1986.

16.         Пассов, Е.И. Коммуникативный метод обучения иноязычному говорению / Е.И. Пассов. – М.: Просвещение, 1991.

17.         Романов А.А. Системный анализ регулятивных средств диалогического общения. – М.: Ин-т языкознания АН СССР, 1988.

18.         Рябцева И.Г. Оппозиционный политический дискурс в американских СМИ: коммуникативный и прагматический аспекты: Дисс. ... канд. фил. наук 10.02.04  –  Ростов-на-
         Дону, 2009.

19.         Падучева Е.В. Вид и время перформативного глагола / Е.В. Падучева // Ло­гический анализ языка: Язык речевых действий.  М.: Наука, 1994.

20.         Сепир Э. Избранные труды по языкознанию и культурологии. – М., 1993.

21.         Серль, Дж.Р. Классификация иллокутивных актов / Дж.Р. Серль // Новое в зарубежной лингвистике. Вып.17. – М.,1986.  

22.         Серль, Вандервекен 1986: Серль, Дж. Основные понятия исчисления речевых актов [Текст] / Дж. Серль, Д. Вандервекен // Новое в зарубежной лингвистике: Вып. 18.
         Логический анализ естественного языка: [сборник / общ. ред. В.В. Петрова]. – М.: Прогресс, 1986.

23.         Сусов И.П. Семантика и прагматика предложения. – Калинин: Изд-во Калинин. ун-та,1980.

24.         Темиргазина З.К. Современные теории в отечественной и зарубежной лингвистике. – Павлодар, 2002.

25.         Урысон Е.В. Союз хотя сквозь призму семантических примитивов. // Вопросы языкознания. №6. 2002.

26.         Формановская Н.И. Речевое взаимодействие: коммуникация и прагматика. – М.: АСТ. 2007.

27.         Харитонов И.К. Уступительно-противительные отношения и средства их выражения в современном английском языке (в сопоставлении с современным украинским языком)
         : Дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04, 10.02.02 – Киев, 1984.

28.         Хилалова Н.Г. Функционально-прагматический аспект блокирующей уступки в контексте бытового конфликтного дискурса в современном немецком языке: Дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04 –
          Иркутск, 2004.
 

29.            Шмелева Т.В. Речевой жанр. Возможности описания и использования в преподавании языка // Russistik. Русистика. Научный журнал актуальных проблем преподавания  
           
русского языка.
 2. Berlin, 1990.

30.         Brekle H.E. Semantik: Eine Einführung in die sprachwissenschaftliche Bedeutungslehre. – München: Fink, 1972.

31.         Brown P. Politeness: some universals in language usage I P. Brown, S.C. Levinson. Cambridge: Cambridge University Press, 1987.

32.         Davison A. Indirect speech acts and what to do with them // P. Cole, J.L. Morgan eds. Speech acts. – N.Y. etc.: Acad. Press, 1975.

33.         Dijk T.A.v. Studies in the pragmatics of discourse. – The Hague etc.: Mouton, 1981.

34.         Habermas J. Universalpragmatische Hinweise auf das System der Ich-Abgrenzungen. Repr. // M. Auwärter, E.S.K. Kirsch eds. Seminar: Kommunikation, Interaktion, Identität. – 2.
         Aufl. – F.M.: Suhrkamp, 1983.

35.         Halliday M.A. Language structure and language function // J. Lyons ed. New horizons in linguistics. – Harmondsworth: Penguin, 1970.

36.         König E. Concessive Connectives and Concessive Sentences: Cross-Linguistic Regularities and Pragmatic Principles. Explaining Language Universals. E. by J.A. Hawks. Oxford,
         1988.

37.         König E. Concessive Relations as the Dual of Casual Relations. Semantic universals ans Universal Semantics. Ed. by D. Zafferer. Berlin – New York, 1991.

38.         König E., Siemund P. Causal and concessive clauses: Formal and semantic relations. Cause – Condition – Concession – Contrast. Cognitive and Discourse Perspectives. Ed. by
         Elizabeth Couper-Kuhlen, Bernd Kortmann. Berlin – New York, 2000.

39.         Kreckel M. Communicative Acts and Shared Knowledge in Natural Discourse. – London: Academic Press,1981.

40.         Lang E., Steinitz R. Können Satzadverbiale performativ gebraucht werden? // W. Motsch ed. Kontexte der Grammatiktheorie. – B.: Akademie, 1978.

41.         Leech G. Principles of Pragmatics. –  London: New York, 1983.

42.         Nosek I. Contributions to the Syntax of the New English Complex Sentence. – Praha: Universita Karlova, 1966.

43.         Zwicky A.M., Sadock J. Ambiguity tests and how to fail them // J.P. Kimball ed. Syntax and semantics. – N.Y.; L.: Acad.Press, 1975. Vol.4.

 

Электронные источники

 

1.     Арефьева Т. Слова и конструкции с уступительным значением в современном русском языке. // Интеркатедарска конференција славистичких катедара Србије и Црне Горе,  
 
Белград, 30. октобра 2003. / Режим доступа:
http://www.russian.slavica.org/article208.html .

2.     Кобозева И.М.  Лингвопрагматический   аспект   анализа   языка   СМИ. – 2001.  Электронный ресурс. / И.М. Кобозева. / Режим доступа: http://evartist.narod.ru/textl2/08.htm.

3.     Черникова Н.С. Уступительные конструкции: отклонение от стандарта? (на материале английского языка) // Язык, коммуникация и социальная среда. Вып. 3. – Воронеж: ВГУ, 2004. / Электронный ресурс: http://lse2010.narod.ru/yazik_kommunikatsiya_i_sotsialnaya_sreda_vipusk_3_2004/nschernikova_ustupitelnie_konstruktsii_otklonenie_ot_standarta/.

4.     Чернышова Е.Н. Элементы структуры речевого общения. // МИТС-НАУКА. - №3, 2007. / Электронный ресурс: http://www.reos.ru/.

5.     Электронная энциклопедия «Кругосвет» / www.krugosvet.ru.

 

Список источников языкового материала

 

Daily Express [Text] // May 1, 2011

Guardian [Text] // February 10, 2010

Guardian [Text] // March 23, 2011

Guardian [Text] // May 14, 2011

Guardian [Text] // May 16, 2011

Guardian [Text] // June 3, 2011

Guardian [Text] // June 5, 2011

Guardian [Text] // June 8, 2011

Guardian [Text] // June 10, 2011

The Independent [Text] // February 23, 2011

The Independent [Text] // March 31, 2011

The Independent [Text] // April20, 2011

The Independent [Text] // April 28, 2011

The Independent [Text] // May 3, 2011

The Independent [Text] // May 12, 2011

The Independent [Text] // May 14, 2011

The Independent [Text] // May 15, 2011

The Independent [Text] // May 16, 2011

 

 

Благодарю за посещение моего сайта!

 

 

 

КАРТА САЙТА репетитор по английскому и французскому Наша группа в соцсетях в интернете Английский Французский
 
 
 

По вопросам сотрудничества и размещения рекламы на сайте: E-mail rostov-language@mail.ru
При копировании материала ссылка на сайт/авторство обязательна

© ROSTOV-LANGUAGE.RU  Луговая Наталия Владимировна

  

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Понятие речевого акта в английском языке, типы речевых актов в английском языке, речевая ситуация уступки в английском языке, стратегия вежливости в английских речевых традициях в английском языке, Структура речевого акта уступки в английском языке, Лексические средства выражения речевого акта уступки в английском языке, Грамматические средства выражения речевого акта уступки в английском языке, функционально-семантическая категория в английском языке, газетный жанр британских СМИ в английском языке, Речевой акт уступки, уступительные слова в английском языке, Уступительное значение в английском языке, Речевые уступительные структуры в английском языке, Реакции-уступки в английском языке